— Я запомню ваши слова — кивнул я и желая поскорее сменить тему, указал на плечо — Может подлечите рану, а то на самом деле руку отрезать придется.

— Не придется — хмыкнул священник, нагнувшись над Стефием и вливая ему в рот травяной настой — В ране начиналось заражение, но кто — то ее хорошенько почистил. Осталось только сменить повязки и на время забыть о занятиях с мечом.

— Забыть о занятиях с мечом? — обрадовано переспросил я — Святой отец, вы главное не забудьте это Рикару сказать — насчет занятий. А что с церковью?

— Растет как на дрожжах! — улыбнулся отец Флатис — Богоугодное дело всегда быстро делается! Скоро крышу положим, а там и до первого молебна недалече!

Закончив давать Стефию лекарство, священник занялся моей рукой и следующие десять минут, мне было не до вопросов. Но все, когда — нибудь кончается и вскоре я с облегчением смотрел на плечо скрытое под свежей повязкой. В довершение всего, отец Флатис вручил мне кружку, наполненную непонятной густой жидкостью бурого цвета и велел выпить до дна. Подчинившись, я выпил все последней капли и скривился от разлившейся во рту дикой горечи.

К счастью, в лечебницу зашел Рикар, и сунул мне в руку кружку с вином, которую я с наслаждением сразу же ополовинил. Отец Флатис скорбно покачал головой, но промолчал.

Вслед за Рикаром, зашли братья мастера, Литас и самым последним робко появился Тезка, взглянул на мое перекошенное от горького лекарства лицо и, протянув ко мне руки, зачастил:

— Господин! Ну откуда мне было знать? Теперь — то, что уж серчать? Не знал я!

— А? — все, что я смог сказать в ответ на столь бурное извержение — Что ты не знал?

— Что этот хмырь рыжебородый с вами пришел — непонятно объяснил Тезка и смущенно присел на краешек скамьи — Вы уж не серчайте, господин. Да и не сильно я ему врезал, недельку с синяком походит, а там и рассосется.

— Стоп! — не выдержал я — Ничего не понимаю. Давай успокойся и расскажи по порядку. Что за рыжебородый хмырь, где ты его видел и почему ты его ударил.

— Да тут и рассказывать нечего, господин — всплеснул руками хозяйственник — Выхожу, я значит из кладовой…

— Лучше сказать — выползаю я из логова — заржал здоровяк, но наткнувшись на мой взгляд, осекся — Ладно, молчу, рассказывай давай.

— Выхожу я из кладовой — начал с начала Тезка — Прихватил с собой корзинку с кореньями для кухни и иду себе спокойно, никого не трогаю. Тут смотрю — дверь отхожего места заскрипела и оттуда этот хмырь низкорослый высовывается. Глазища сверкают, мокрая борода колом торчит, лицо от грязи черное, вонь от него несусветная! Точь в точь, как священники в проповедях, бесовское отродье описывают! Я как увидал, так собственным глазам не поверил сначала! Все думаю, не иначе, геенна огненная под нами разверзлась и бесы в гости пожаловали! А пояс с оружием, как на грех в кладовой остался! Стою, ни жив не мертв, за лежанками схоронился! Бес, не спеша так огляделся, в яму на языке своем бесовском что — то проблеял — вылазьте мол, никого нету — и прямиком к кухне! Я за ним следом! Гляжу — он с первого стола кусок хлеба цап и давай жрать, только крошки летят! Тут — то сердце мое и не выдержало! Подскочил к нему и кулаком в харю его наглую, со всей мочи врезал! Откуда мне знать было, что это посланные вами гномы?! Я добро наше спасал — закончил исповедь Тезка, виновато заглядывая мне в глаза.

— Ох — схватился я за ушибленные бока, пытаясь удержаться от смеха. К концу истории, все заходились от смеха и лишь я пытался сохранить серьезное лицо, что было неимоверно трудно.

Бедный Тикса…

— Тикса в порядке?

— А что ему сделается? — взбодрился Тезка, заметив, что я не сержусь — Из — под стола вылез и ругаться начал.

— Ты же гномий язык не понимаешь! — уличил его Рикар во лжи — Откуда знаешь, что он ругался?

— Язык, может и не знаю, зато жесты хорошо разбираю! Чего он только не показывал! Не иначе он всю мою родню перебрал, до седьмого колена! Я уже хотел еще раз ему в глаз дать, а он ваши имена называть начал и пальцем вниз показывает. Так и поняли, что это вы гномов послали.

— Ох, Тезка — покачал я головой — Не забудь поговорить с гномом. Нам ссоры ни к чему.

— Уже уладил, господин — ответил хозяйственник — Все хорошо.

— Вот и ладно — кивнул я — А теперь, расскажите мне о пожаловавших к нам в гости шурдах. Да поподробнее.

Весело смеявшийся Древин, мгновенно стал серьезным и начал доклад:

— Вчера под вечер, стража заметила в ущелье движение. Подняли тревогу. Когда я поднялся на стену, шурды уже были на расстоянии полета стрелы от форта. Два гоблина верхом на здоровенных тварях — не иначе сгархи.

— Серый длинный мех, огромная пасть с клыками. Подходят под описание? — уточнил я у Дровина.

— Да, господин. Первая тварь именно такая, как вы описали. Вторая отличается цветом — мех черный, словно сама ночь. Гоблины приближаться не стали, покрутились на месте, внимательно осмотрели стену и убрались восвояси. С того дня, я запретил выходить за стену и утроил стражу. Сегодня, подняли на стену дополнительные бревна и валуны — на случай штурма.

— Правильное решение — произнес я — Похоже, спокойные дни закончились и теперь, надо ожидать худшего. Шурды узнали о местоположении поселения и теперь надо готовиться к худшему — к осаде и штурму. В покое, гоблины нас не оставят. Что — нибудь еще, чего я не знаю?