Константин отдал кассету с записью, которая тут же получила громкое имя "Вещ. док. N 1".

"Громкое" - потому что других "доказательств" не было. Он настаивал на том, что идея принадлежит ему, что сообщников у него нет, что Галина тут ни при чём, что свои чувства к ней он ни с кем из берлинского радио не обсуждал...

Следователь, недоброжелательный молодой человек, не верил ничему и всё допытывался о подробностях аморальных отношений подследственного с комсомолкой Тульчевой. Были ли интимные отношения, сколько раз и в каких позах? Костик внимательно слушал вопросы, несколько суток молчал, а потом, не выдержав, пообещал при личной встрече набить следователю морду, и попросил занести свои слова в протокол...

И вдруг всё утихло.

Костика, хоть и вышибли из команды, зачислили в штат Измайловского РОВД, оставили в студентах, и даже позволили перейти на вечернюю форму обучения.

В университете им были довольны, на службе не "доставали"... но спокойствия не было: ему нужна была ЭТА ЖЕНЩИНА!

И неделя безумной любви никак не охладила его пыл. Через месяц Костика скрутило так, что он не выдержал и позвонил ей домой. Ответила мама, выслушав его сбивчивые объяснения, трубку не бросила. Напротив, пригласила в гости.

Константин не стал откладывать. Отутюжив брюки и рубашку, надел галстук, купил "Киевский" торт, цветы, и поехал на Кутузовский проспект, знакомиться с Галкиными родителями...

***

Эх, люди-людишки! Апломба до небес! А гонору!.. "Если бы веры у нас было с маковое зёрнышко"... Тьфу! Это же надо такое придумать!

И всё-то вы видите. И всё-то вы знаете. И все такие умные. А вот такую "весчь" простую, как "любовь" раскусить не можете. А ведь всё просто. Если секс Создатель для вас нарочно сочинил, чтоб и самые ленивые хоть раз в неделю физкультурой занимались, то любовь, чтобы дать вам, дуракам, возможность хоть раз в жизни к Вселенной подключиться. Услышать, чего тут, у нас, в настоящем мире делается.

А вы как с любовью поступаете? Покупаете-продаёте?.. Размениваете на прописку с "удобствами"? Будто не всё равно сколько "любимых кресел" под свой единственный зад пристроить, или так уж важно - кило сервиладу ежедневно в унитаз спускать или два.

Зол я на вас. Правда. Потому что любить мне вас не за что.

А про "Разделителя"... Ну, раз уж у нас такая откровенность случилась... Не я всю эту кашу заварил. Не я Душу дробить начал. И в вашей книжке ПРО ЭТО с большими подробностями изложено. И про Душу, которую Создатель по ребру преломил, и про то, как Он Сам эти две половинки на дальнейшее дробление благословил: "плодитесь и размножайтесь"...

И про меня там есть, с огненным мечом, чтоб, значит, за "процессом" присматривал, и особо одарённых осаживал. Я всего лишь винтик в этой механике...

Кочегар в котельной парохода.

Ладно. Слушайте, чего дальше было...

***

Фернану обиженных за спиной оставлять было никак нельзя.

В экспедицию вложены большие деньги, и не только королевские. Не записывать же в вахтенном журнале: "Спасибо, что подбросили, прощайте"! Вернут. Да и зачем осложнять жизнь оставшейся в Испании семье: жене - Беатрис, сыновьям? И тестю... и шурину... они - хорошие люди, хотя и испанцы.

Фернан позаботился о них в завещании. Не богатство, - но достаток. Если, конечно, молодой, энергичный Элькано благополучно завершит путешествие, и никто не обидится за неожиданный уход. Поэтому Фернан решает "умереть" на глазах у своей изрядно поредевшей команды. Он встречается с Франсишеком и посвящает его в детали "отхода".

На следующий день мактанский дато Лапулапу в грубой форме отклоняет просьбу посланца далёкого короля Испании пристать к берегу. Матросы видят, что их капитан не верит своим ушам, он в бешенстве: погрязший в грязи и невежестве царёк клочка суши не принимает дружески протянутой руки великой просвещённой цивилизации.

Забыв об осторожности и здравом смысле, Фернан с горсткой матросов рвётся к берегу. Нет. Никто из десанта не пострадал. Кроме капитана. Жертвы чуть позже выдумал для правдоподобности венецианец Антонио Пигафетта, боцман "Виктории". И если бы Фернан узнал об этом, он был бы весьма благодарен своему матросу за это украшательство.

27 апреля 1521 года Фернан закончил свою одиссею в прибое острова Мактан Филиппинского архипелага. Экипаж видел, как кровожадные туземцы вытащили израненного капитана на берег. Ни уговоры, ни посулы должного действия не возымели: дикари не выдали тело капитана испанцам.

Ещё бы!

Даже у дикарей не принято выдавать "тело" живого человека...

***

Отец встретил дружеским рукопожатием.

– Роман Аркадьич, - представился он.
– Наслышан о тебе, герой...

Константин, не ожидавший тёплого приёма, смешался и промолчал. Они расположились в гостиной комнате. Лариса Яковлевна, Галкина мама, принесла чай. "Киевский" торт был благосклонно принят, нарезан и разложен по блюдечкам.