«Проклятье, ну почему я не захватил пистолет? Сейчас я как мишень, мне нужно оружие, и я никуда не могу укрыться…»

Тут Боб подумал: а что, если поехать в управление шерифа? Встретиться со следователем Тельмой. Провести с ней час-другой и тем временем придумать, как быть… но эти двое будут ждать. Значит, придется рассказать Тельме все. Она рассмеется, потом расстроится, так как все его улики расходятся с тем, что есть у нее, и в конце концов выставит его за дверь, и где он тогда окажется? Ребята будут его поджидать, и они с ним расправятся, как только у них появится такая возможность. Они охотники, им не привыкать подкарауливать добычу.

Но тут он стал рассуждать так, как это когда-то делал крутой, хладнокровный Боб Гвоздильщик. Первым делом он попытался представить, как поступят его преследователи. Снова таранить машиной они его не станут, это выглядело бы очень странно. Значит, будет стрельба. То есть его схватят, запихнут в багажник, отвезут в глухой лес, пристрелят и там же закопают. Пройдет несколько дней, прежде чем его исчезновение будет замечено. Вот один способ.

Однако даже в этом случае неизбежны вопросы и остаются моменты, неподвластные контролю, мелочи, которые невозможно предугадать. Быть может, машину найдут слишком быстро; быть может, кто-нибудь что-то увидит или услышит; быть может, Боб окажет сопротивление, отнимет оружие — мало ли что? Ведь преследователи совсем его не знают. Нет, скорее всего, они сразу же пристрелят его с расстояния, скажем, двадцать пять футов и бросят мертвым. Но как это можно сделать?

И тут Боб понял, как все произойдет.

Он сообразил, что у него есть только один козырь, а именно: он может сам выбрать, где это случится. И ему в голову пришел только один ответ.

Боб достал мобильник и постарался вспомнить название этого треклятого заведения, затем мысленно представил себе вывеску: «БАКАЛЕЯ ЛЕСТЕРА», шоссе номер 167.

Набрав номер справочной, он назвал адрес и название заведения, дождался соединения и вскоре, после трех с половиной звонков, услышал знакомый голос.

— Да?

— Это бакалея Лестера?

— Да, а кто это?

— Ты должен узнать мой голос. Я был у тебя всего два часа назад. Пожилой, седые волосы, прихрамывал, прочитал тебе маленькую лекцию.

— Да, сэр, я вас помню.

— Отлично, сынок, а теперь слушай меня внимательно. Я не шучу, это все очень серьезно. Понятно?

— Да, сэр.

— Я приеду к тебе минут через пять, может быть, даже раньше. Оставлю машину и зайду внутрь. Следом за мной на стоянку свернет еще одна машина. Через минуту из нее выйдут двое. Они будут в масках, с пистолетами…

— О черт! — воскликнул парень. — Я звоню в…

— Ты никуда не звонишь. Времени нет, сирены спугнут преступников, они смоются, ты будешь выглядеть дураком, и я тоже, а к утру я все равно буду трупом. Ты все понял?

Парень издал нечто среднее между стоном и всхлипыванием.

— Сынок, слушайся меня, и все будет как надо. Ты суешь руку под прилавок и достаешь припрятанный там револьвер, полагаю, старенький «кольт». Я знаю, что он там лежит, его не чистили и не проверяли лет двадцать, но он там и, будем надеяться, работает исправно. Просто достань его и положи так, чтобы его легко было взять. Я войду, возьму «кольт» и буду ждать. Затем в дверь войдут двое в масках, и ты рухнешь на пол. А я с ними разберусь.

— Я…

— Не бойся, мы прорвемся. Другого выхода нет, а так, возможно, твою фотографию даже напечатают в газете и тебе назначит свидание какая-нибудь классная девчонка.

Боб проехал через городок и свернул направо, на 167-е. К этому времени уже совсем стемнело. Он петлял по холмам, лишь кое-где оживленным огоньками редких домов, совершенно один на дороге, если не считать света фар его преследователей в двухстах ярдах позади.

— Я положил револьвер на прилавок, — сказал в трубку парень.

— Мы обязательно прорвемся.

— О, лучше и быть не может, — с удовлетворением промолвил Кармоди. — Старик возвращается к бакалейной лавке, в которую уже заезжал.

— Может, он снова направляется к преподобному?

— Может быть. Но я готов поспорить, он обязательно завернет в лавку, надеясь вытянуть что-нибудь еще из этого тупицы. Лучше и быть не может. Это то, что доктор прописал.

Разумеется, Кармоди сидел за рулем. Сунув руку за пазуху, он ощупал пушку, с которой никогда не расставался, — просто проверил, что она на месте. Это был «ЗИГ-Зауэр П-229» 40-го калибра, тринадцать патронов с быстрыми, мощными пулями с полым наконечником в обойме и еще один в патроннике.

Тем временем Би-Джей порылся в бардачке и нашел два вязаных шлема, которые можно опустить на лицо в виде масок и использовать для катания на лыжах или для вооруженного ограбления, в зависимости от настроения. Достав шлемы, Би-Джей вытащил из кобуры под мышкой свой пистолет, «спрингфилд» 45-го калибра с рамой из нержавеющей стали. Опустив рычажок предохранителя, он чуть оттянул затвор назад, проверяя, что патрон с пулей весом 230 гран там, где и должен быть, затем поставил пистолет на предохранитель и убрал его в кобуру.