– Правильно, - с облегчением произнес Алексей.
– Как ведет себя перебежчик?

– Капитан докладывает, что сразу после перехода границы его разоружили. Но когда застава была окружена и начала нести потери, Антипов взял автомат у одного из убитых и вступил в бой на стороне пограничников.

– Понятно. Что намерены делать?

– Командир роты, посланной на помощь заставе, запросил поддержку бронетехники и легкой артиллерии. Я разрешил. Сейчас туда направлены четыре бронетранспортера, оборудованные легкими пушками и станковыми пулеметами, и еще одна пехотная рота. Думаю, прорвутся.

– Все правильно, - буркнул Алексей.
– Приведите в состояние боевой готовности части округа.

– Уже сделано, господин президент.

– Хорошо, информируйте меня о всем происходящем немедленно.

– Есть.

Алексей повесил трубку и вытянулся в кресле. "Надеюсь, тем и ограничится", - довольно подумал он.

* * *

Вернувшись в свой кабинет в Новгородском кремле, Павел тут же приказал связать его с командующим Архангельским военным округом. Организовать резиденцию в Кремле было давней мечтой Павла, которую он осуществил в сорок шестом. Почему-то ему казалось, что если правительство СССР заседает в Московском кремле, то и ему необходимо работать в кремле Новгородском. Сейчас, осматривая стены средневекового кабинета, оборудованного в полном соответствии с советской "партийной модой", он подумал, что эта его резиденция как бы символизирует необходимость наполнить старую форму новым содержанием.

Телефон на столе тихо запищал. Подняв трубку, Павел произнес:

– Слушаю.

– На проводе командующий Архангельским военным округом, - доложил секретарь.

– Соединяйте.

Через несколько секунд в трубке послышался напористый голос генерала Иншакова:

– Слушаю, товарищ президент.

– Как дела на границе?

– Застава хорошо укреплена, взять ее пока не удалось, - доложил Иншаков.
– Но посланную ей на помощь армейскую роту отбили. По данным радиоперехвата, противник направил в этот район четыре бронетранспортера с легкими орудиями и еще одну пехотную роту. Против них наши могут не устоять. Я распорядился перекинуть через границу еще роту с противотанковыми ружьями, а к заставе подтянуть пехотные гранатометы. Иначе можем долго провозиться.

– Все правильно, - одобрил Павел.
– Не затягивайте. Серьезный вооруженный конфликт нам сейчас не нужен. Держите меня в курсе.

Он повесил трубку. "Ладно, - подумал он, - еще один предатель. Надо быстрее дело закончить, чтобы конфликт не разрастался".

На столе снова запел телефон.

– Слушаю, - сорвал трубку Павел.

– Вас из Москвы, - доложил секретарь, - товарищ Берия.

– Соединяй.
– Павел вытянулся в кресле и поправил галстук.

Через минуту он услышал знакомый голос:

– Слушай, что у тебя на границе?

– Перебежчик, товарищ Берия. Из состава советского контингента. Ушел на территорию противника. Преследуем. Вступили в бой с заставой, где он укрылся.

– Слушай, - просипел в трубку Берия, - это не простой офицерик. Он связист, имевший доступ к секретным кодам. Что бы ни произошло, живым он уйти не должен. Действуй.

В трубке раздались короткие гудки. Посидев минуту в кресле, с трубкой в руках, Павел с трудом привел мысли в порядок, после чего нажал на рычаг и гаркнул в трубку:

– Генерала Иншакова.

Когда командующий округом отозвался на другом конце провода, Павел произнес:

– Генерал, приказываю нанести удар по заставе противника силами эскадрильи штурмовиков, базирующихся у границы. Территорию противника не покидать, не арестовав изменника или не завладев его трупом.

* * *

Телефонный звонок вывел Алексея из глубокой задумчивости.

– Татищев, - сорвал он трубку.

– Это Маклай, - отозвался аппарат.

– Слушаю.

– Десяти минут назад с третьей заставы передали, что они подверглись налету эскадрильи "Ил-вторых" с опознавательными знаками восточной Северороссии. ПВО подтверждает, что двадцать минут назад в наше воздушное пространство через восточную границу вошло несколько самолетов.

– Что?!

– Это так, господин президент. Радиоконтакт с заставой прервался через три минуты после этого сообщения. Думаю, там камня на камне не осталось. "Ил-два" - это серьезно. А если кто и выжил, их сейчас добивает спецназ противника. Считайте, заставы нет. Я приказал поднять два звена истребителей, чтобы уничтожить самолеты противника, но, боюсь, они успеют уйти в восточное воздушное пространство. Две роты, посланные на спасение заставы, ведут бой, но смогли продвинуться только на один километр. Их потери: один бронетранспортер, двенадцать человек убитыми и двадцать один ранеными. Каковы будут ваши приказания?

В трубке установилась тишина. Алексей тоже молчал, ощущая лишь, как кровь пульсирует в висках. После продолжительной паузы, облизнув внезапно пересохшие губы, он проговорил:

– Этого мало. Поднимайте бомбардировочную авиацию ближнего радиуса действия. Обеспечьте их истребителями прикрытия. Пользуйтесь только закрытыми средствами связи, чтобы избежать радиоперехвата. Аэродром, с которого производился налет, уничтожить. Подвергнуть бомбардировке основные базы ПВО и радарную станцию в Североморске. Когда авиация войдет в зону видимости ПВО противника, поднимите все войска Карельского округа в ружье. Здесь уже включайте радио на полную катушку, чтобы на востоке знали, какую игру затеяли. Пусть войска занимают позиции согласно плану "В". Беломорскому флоту действовать в соответствии с той же директивой. Войска всех остальных округов привести в полную боевую готовность.