Эль все-таки поднялся и отважно встал на пути восьмилапок. Урма стремительно обогнула охотника, а вот Глуви он сумел остановить и обнять. Урма подбежала к шаману и оказалась между ним и врагом. «Ему больно! Зачем ты его колешь, ведь он не опасен!» - А он… - Питти никак не мог взять в толк, что происходит. От довольно кровожадной Урмы он таких слов не ожидал.
– Постой, при чем здесь его боль? Он враг. Хочешь - уйдем, он умрет сам, ночью, когда придут скорпионы. «Ты издевался над ним! Тебе было приятно, мы же чувствовали!»

–  Ну, и что?
– помрачнел Питти. Затрагивание таких тем он не любил.
– Он пытался меня укусить, только что. «Он умирающий воин! А ты… ты…»

–  Человек, - подсказал шаман и почувствовал, что внутри у него что-то разбилось с красивым звоном.
– Знаешь что, Урма? Тебя никто сюда не звал и твоим мнением никто не интересовался. Где ваша нянька Кеджлис?.. Я буду жаловаться на него командиру.

Он отшвырнул копье, махнул рукой Элю, поглаживающему Глуви, и зашагал прочь. Хватит уже на сегодня переживаний. Но душа у Питти, как ни странно, просто пела. Слишком много груза навалилось на нее, слишком много забот, тревог… И все напрасно: если уж даже эта малышка его не поняла - никто не поймет. Шаман теперь чувствовал себя еще свободнее, чем когда его изгнали из Леса сородичи.
– Питти!
– Эль оставался на месте, не рискуя отойти от Глуви.
– Питти, ты не в ту сторону пошел!
– А у меня дела!
– оборачиваясь откликнулся шаман и улыбнулся. Еще не хватало, чтобы ему указывали, куда он должен идти!

–  Она все поняла и успокоилась.
– Эль разделывал клешни, принесенные из Степи шаманом. Делал он это сломанным копьем, потому что нож Питти ему не дал.
– Просто… Ты тоже должен их понять. Они еще маленькие, а тут такая драка, столько мертвых пауков. Да еще ты - вместо того, чтобы сразу убить эту тварь, стал с ней играться. Он, кстати, сдох очень быстро… Все тебя проклинал. Очень северяне на тебя обижены за Памрола. И ты прав, они гораздо хуже городских восьмилапых, ненавидят людей. Наверное, из-за того, что с латоргами долго воевали. Ты же знаешь, латорги тоже любят поиграться… Что молчишь?

–  Я тебя слушаю, брат Веснушка, слушаю… - Шаман лежал на спине и щурился на звезды. Ощущение свободы не покидало его.
– Ты болтай, мне ужасно интересно.

–  Делкорус вернулся. Они настигли прорвавшихся и всех убили. А потом… Они ели убитых, Питти! И угадай, ка…

–  Они ели своих, чтобы не оставлять их скорпионам, - усмехнулся Питти.
– Нечего тут угадывать. Наши девочки тоже?..
– Нет, не стали… Они ведь совсем как мы, Питти! Ну, поставь себя на их место, как бы ты себя повел?

–  Я никогда бы не оказался на их месте, Эль. Я, скорее всего, давно ушел бы от людей, вернулся к смертоносцам. А теперь мне пора вернуться в Лес. Может быть, вам не стоит туда идти?.. Ты рассказал Двоне?
– О чем?
– вскинула голову степнячка, ворошившая палкой маленький костер.

Повисла тишина. Эль смотрел на Питти, ожидая продолжения, но Белка увлеченно разглядывал звезды. Он не чувствовал себя обязанным что-то говорить.

–  Видишь ли, Двона, - выручил охотника Дорни.
– Питти бывал здесь прежде, и повстречал однажды ночью маленькую девочку…

Волшебные способности семьи Пси, царствовавшей до недавнего времени в Песчаных Пещерах, передавались через поколение. Этих людей называли Великие Пси. Некогда властители Монастыря, они перебрались в Степь и обосновались здесь. Каждый раз, как приходила пора родиться маленькому колдуну, начиналась игра интриг. Деды убивали внуков, неспособные к колдовству дяди - племянников. В одном селении не может быть много чародеев.

Не так уж давно два брата задумали убить третьего, но он сумел бежать вместе с пятью сыновьями. В Песчаных Пещерах готовились к бою, однако Туу-Пси замыслил большее. Он собрал степняков на Великий Поход, пытаясь покорить Смертельные Земли, под которыми лежал слой Зеленого Огня, некогда упавшего с неба. Оставшиеся в селении Великие Пси облегченно вздохнули, только узнав, что и Туу-Пси и его дети погибли.

Оба брата, Лаа-Пси и Чее-Пси, имели детей, но по взаимной договоренности не позволяли им общаться с женщинами. Игра была настолько сложной, что обычный человек не смог бы разобраться во всех ее хитросплетениях. Однако Туу-Пси имел еще и внебрачного, всеми забытого сына. Он и сам предпочел о нем забыть. А у сына родилась дочь, которую назвали Лола. Отец погиб во время охоты, а девочка потихоньку росла. Даже ее мать не подозревала, что растит маленькую, но все же Великую Пси.

Однажды все вскрылось. И мать, и дочь заточили в темницу. Маленькая Лола была обречена на гибель и знала это - она читала мысли окружающих, как книгу. Удержать ее взаперти не удалось… Она погибла бы, встретив первого же скорпиона, что в изобилии бродят ночью у стен Песчаных Пещер, но на пути ее случился Питти.

Питти, который и пришел сюда за Великими Пси, которые могли бы помочь в его борьбе со смертоносцами…

В Песчаных Пещерах знали, что девочке удалось спастись. Шаман с друзьями не ушел бы от погони, если бы не помощь латоргов. Но мать малышки, Двона, просидевшая почти полное солнцестояние с цепью на ноге, не имела об этом ни малейшего понятия. Все время, пока Дорни говорил, она сидела не шевелясь.
– И где же она?
– спросила Двона, когда степняк замолчал.
– Там, в Горах?

–  Именно так, - улыбнулся Дорни.
– И поскольку мне все равно, куда идти, то я мог бы тебя туда проводить. Кажется, Питти я больше не нужен.