«И самому младшему примерно три года. Или даже больше, ведь это довольно мелкая порода людей», - мягко проговорил Анза.

«Тебе скучно, наверное, там, в траве? Бедненький раненый восьмилапик, совсем голодный, совсем один…» - одновременно Элоиз подала охотнику порядочный кусочек мяса и рассмеялась, когда он задержал ее пальцы.

«Мне не скучно, я с тобой. Скоро стемнеет, и я поем. Это племя вымирает, через поколение у них уже не будет достаточно людей для охоты».

«Скоро стемнеет… Этот день получился для меня таким длинным… Ты обещал быть со мной близко-близко, не забыл?»

Общее веселье действовало и на рыжую девушку. Даг что-то громко рассказывал и размахивал раненой рукой, перевязанной длинными листьями, а прямо за ним ухмылялось длинное лицо Питти. Он не смотрел на Элоиз, но… Она знала, что он видит ее всю.

«Ты хочешь мужчину. Я буду с тобой близко-близко все это время, если ты не против, маленькая».

«Конечно, нет, Анза, ты же помнишь, как мне нравилось! Я хочу подружиться с этим, как ты его назвал, «странным человеком», Питти. Вот мы и узнаем о нем побольше!» Девушка не сводила с шамана глаз, долго он не сможет это игнорировать.

«Ты можешь решать сама, маленькая. Однако я привел тебя к диким людям. Эксперимент испорчен патрулем, но еще не все потеряно. Лесной пришелец опасен. Потом».

«Ты хочешь, чтобы я переспала непременно с кем-то из этих степняков?.. Они маленькие и трусливые. И воняет от них, как от жуков-навозников, они же не моются никогда в жизни…» -Элоиз внутренне захныкала, но на личике ее ничего не отразилось. Питти оказался крепким орешком - болтал с этим веснушчатым Элем как ни в чем не бывало. «Анза хочет, чтобы мы спарились с тем молодым самцом, который забыл родной язык».

Элоиз поискала глазами Класа и обнаружила его болтающим с забавным хромым мальчиком. Они понимают друг друга? Значит, он не все позабыл?

«Хорошо, противный. Ты же знаешь, что я все для тебя сделаю… Только мы должны быть близко-близко, не забудь!»

Элоиз решительно встала, заставив растерянно замолчать Дага, собравшегося было рассказать ей интереснейшую историю про Гусеницу, и двинулась к юноше.

На полпути она остановилась и вдруг передернула плечами, выгнулась, вздрогнула… И снова пошла дальше. Вернее, они пошли дальше - одно целое, единое сознание, сплавленное из двух, совершенно разнородных, но всегда готовых открыться друг перед другом.

Клас хотел бы приблизиться к Сойле, хотел бы взять ее за руку и просто посидеть рядом, но девушка даже не смотрела в его сторону. Каким-то образом получилось так, что никто в племени и не заметил, как между ними что-то произошло. Тогда юноша пристроился возле Стэфи, который только того и ждал - и они снова зацепились языками, начав там же, где и остановились.

Мало-помалу Клас увлекся и не заметил, как высокая пришелица оказалась рядом. Опустившись на колени прямо перед охотником и пристально глядя ему в глаза, она принялась преувеличенно нежно гладить Стэфи по голове. Что-то сказала - Клас показал жестом, что не понимает.

Элоиз в ответ приложила ладонь к груди, отчего та нежно колыхнулась, потом перенесла ее на грудь Класа и улыбнулась.

–  Она говорит, что ты ей нравишься, - использовал Стэфи шанс проявить свою способность к языкам.

–  Скажи: она мне тоже, - улыбнулся охотник и повторил жест Элоиз, не донеся, впрочем, своей ладони до ее груди.

Но этого и не требовалось - пришелица схватила его руку своими длинными сильными пальцами и сама прижала ее к себе, стала поглаживать.

Клас попробовал забрать руку, но не тут-то было, сила в девушке чувствовалась недюжинная. Охотнику оставалось только смотреть, как его ладонь перемещается с левой груди на правую, такую же нежную, полную, трепещущую, задерживается там, поглаживая, потом ниже, на живот, и еще ниже…

Хватка ослабла, но Клас не торопился воспользоваться предоставленной свободой. Он поднял голову и посмотрел в ее странные застывшие глаза с огромными желтыми зрачками.

–  У него уже была женщина в эту Гусеницу.
– Все племя видело, что происходило, но именно Сойла должна была прийти парню на помощь.
– Что ты сказала?..
– томно переспросила Элоиз.

–  У этого мужчины уже была женщина в эту Гусеницу, - терпеливо повторила Сойла и улыбнулась.
– Мужчина ведь не может иметь две случки так часто.

–  Часто?..
– Человекопаук медленно перевел взор на девушку.
– Степные мужчины не могут иметь случек так часто? А когда он сможет?

–  На следующем празднике Гусеницы, - подсказала тут же оказавшаяся рядом Тина.
– Вы сделали это, Сойла?.. Ты должна была сказать мне, позвать меня!
– Вы странное племя… - Элоиз в нерешительности оглянулась. Несколько охотников выпрямили спины, позади них Питти, как всегда, смотрел в другую сторону. Прямой как палка Даг подошел, набычившись: