Грей решил, что еще не пришло время сообщить Кэдзоу, какое впечатление сложилось у него о самой Эльдоре Мейквелл. Оставалось ждать, когда Кэдзоу наконец одумается и порвет с этой алчной особой.

– Но твои деньги я тратил не на Эльдору. Честное слово! Нет, побрякушки для нее я покупал сам – именно поэтому и оказался в стесненных обстоятельствах. Я предпочел бы расплачиваться из собственного кармана, однако он был почти пуст, и, кроме того, мне не удавалось управлять поместьем так умело, как это делал твой отец. Я обнаружил, что деньги утекают у меня сквозь пальцы. Понимаешь, я никогда не интересовался… впрочем, ты и сам знаешь, что я лишен деловой хватки. Но прежде мне всегда хватало собственных доходов и я берег деньги семьи, верно?

Грей растерянно приоткрыл рот и снова закрыл его. Неужели Кэдзоу намерен открыто признаться во всех своих провинностях?

– Ты согласен? – вновь спросил Кэдзоу. – В конце концов на карту было поставлено слишком многое. Я не осмелился не заплатить по счетам, боясь потерять все. Конечно, я мог бы отложить миг расплаты, но не решился. Грей, я просто не смог. Вот я и расплатился твоими деньгами. Теперь ты знаешь все. Умоляю, прости меня! Мне так стыдно! Я сделаю все возможное, чтобы вернуть тебе деньги, несмотря на то что растратил их не только по своей вине…

– Кэдзоу! – прервал Грей, приглаживая волосы. – Прошу тебя, замолчи! Для начала я сам выясню, что именно с тобой произошло. Но дело не в этом. Ты решил, что я все равно не вернусь. Нет, не возражай – я понял это без слов. Ты воспользовался моими счетами только потому, что уже считал их своими. Это меня не радует, но по крайней мере я в состоянии понять причины твоего поступка. – Грей пребывал в полном смятении и растерянности. Да, этого он никак не ожидал.

– Все было совсем иначе! – воскликнул Кэдзоу, и из его глаз потекли слезы. Всхлипнув, он смущенно отвернулся.

Тоже смутившись, Грей встал и положил книгу расходов в кресло. Подойдя к Кэдзоу, он произнес:

– Дядя, чистосердечное признание – лучший способ загладить вину.

– Да-да, разумеется. – Кэдзоу шмыгнул носом, склонил голову и подтянул перчатки. – Грей, я не оправдал твоего доверия. Эван справился бы гораздо лучше, чем я. Признаюсь, я был в панике. Откровенно говоря, у меня уже и руки опустились…

Грей потрепал дядю по плечу.

– Расскажи все как было. Мы найдем выход.

– Ты слишком добр ко мне. – Кэдзоу поднял голову, и Грей увидел, что слезы льются по его щекам и повисают на подбородке крупными каплями. Кэдзоу утерся перчаткой. – Господи, какое унижение! До чего я докатился!

Окончательно растерявшись, Грей обнял дядю и похлопал его по спине.

– Давай покончим с этим – и чем быстрее, тем лучше. – Он ни на минуту не забывал, что перед ним стоит единственный родственник, брат умершего отца. Родственные узы требовали простить его и забыть о случившемся.

– Видишь ли, я должен был заплатить один должок. – Кэдзоу снова шмыгнул носом, заставив Грея брезгливо отстраниться. – Меня предупредили, что другого выхода у меня нет. Что еще мне оставалось? Грей, скажи, что я мог поделать?

– Кто предупредил тебя? – нетерпеливо спросил Грей. – О чем?

– А разве я не сказал? Мне сообщили, что ты еще жив…

Грей застыл на месте. Кэдзоу по-прежнему всхлипывал, уткнувшись ему в плечо. Племянник смотрел поверх его головы и ждал продолжения.

– Мне сообщили: чтобы тебя оставили в живых, я должен заплатить. Но я не знал, жив ты или уже погиб. С самого начала я сомневался в том, что ты когда-нибудь вернешься, и со временем только утвердился в своих предположениях.

– Продолжай, – тихо попросил Грей.

– И все-таки я не мог рисковать. Меня уверяли, что тебя не тронут до тех пор, пока я буду продолжать присылать деньги, вот и пришлось мне посылать их. Клянусь, я сделал бы все возможное, чтобы спасти тебя!

От услышанного у Грея закружилась голова.

– Не знаю, что и сказать…

– Письма мне привозил один человек. Он приезжал в Бэллифог в дилижансе, а потом сразу уезжал. Каждый раз он увозил с собой деньги. Я подумывал о том, чтобы выследить его, но не решался. Незнакомец утверждал, что за мной следят и что, если я попытаюсь разоблачить его, ты погибнешь. Ради тебя я был готов на все. Я ощущал такую беспомощность! Меня шантажировали, Грей. – Вытирая слезы рукой, Кэдзоу попятился. – Каждый раз мне обещали отпустить тебя, но не отпускали. Время шло, надежды медленно угасали. Я был безутешен, думая, что ты уже никогда не узнаешь, как был мне дорог. Ведь своих детей у меня не было…