Лаура не прекращала следить за старыми конюшнями, посещая их раз в две недели. Она собиралась перевезти на ранчо Санта-Фе самых лучших своих лошадей, поручив их уход Эдди.

Через месяц после переезда в новый дом Соня отметила свое четырнадцатилетие. По случаю дня рождения приехала Джемма со своей матерью, а Лаура вывела из стойла Рэд, шею которой обвивала белая атласная лента с огромным бантом.

— Теперь это твоя лошадь, Соня, — сказала Лаура, и все зааплодировали, выкрикивая поздравления и слова из песни «С днем рождения», а Соня обнимала отца и Лауру, благодаря их за такой царский подарок. Она не обошла вниманием и свою любимую лошадь, тоже обняв ее за шею.

— Я просто не могу поверить, что теперь эта лошадь моя, — неустанно повторяла весь день одну и ту же фразу Соня. — Теперь в моей жизни есть все.

В свои четырнадцать лет Соня была необыкновенно красива. У нее была слегка вытянутая, спортивная, гибкая и очень пропорциональная фигура. Грудь по-прежнему оставалась маленькой, а бедра мальчишескими. Изменился только голос: уроки сценического искусства сделали его низким, с небольшим придыханием, по-взрослому волнующим и завораживающим. А в танцевальном классе, так же как и в классе актерского мастерства, она была едва ли не самой талантливой ученицей. Теперь, впервые за все время, ее красота стала тем ценным качеством, которое уже не надо было скрывать от окружающих. Проводя целые вечера у зеркала в ванной комнате, Соня перепробовала всевозможные прически, зачесывая волосы на разный манер. Неожиданно у Сони проснулся небывалый интерес к одежде. Ей вдруг показалось, что вокруг нее завертелся весь земной шарик, и ей очень это понравилось.

— Для того чтобы разводить арабских скакунов, нужно быть арабом?

Лаура рассмеялась в ответ:

— Совсем не обязательно, нужно лишь быть очень богатым. Хотя, надо признаться, что те два брата — египтяне. Я познакомилась с ними на аукционе лошадей в прошлом месяце. Должно быть, они при деньгах, раз купили самых лучших скакунов. Если бы мы могли хотя бы на одно утро взять такого жеребца! Когда Рэд войдет в пору, она может дать очень хорошее потомство.

— О, Лаура! Не могу поверить! — воскликнула Соня. — Моя любимая лошадка Рэд станет мамой!

— Я надумала пригласить этих двух братьев, — сказала Лаура. — Покажи им свое гостеприимство и дружелюбие; и, может быть, тогда они станут более сговорчивыми. Может быть, снизят свою цену. Ведь доставить сюда жеребца, даже на одно утро, стоит целое состояние: нам придется оплатить транспортные расходы, страховку, ветеринарную помощь и другие мелочи.

Они прожили на ранчо Санта-Фе уже десять дней, когда братья Фазин приняли предложение Лауры приехать к ним с визитом.

Соня не могла себе представить, как они выглядят.

— Это обычный дружественный визит, — сказала ей Лаура. — Они просто хотят составить о нас мнение, понять, стоим ли мы того, чтобы тратить на нас время и заниматься перевозками своих бесценных жеребцов.

— А как их фамилия? — поинтересовалась Соня.

— Фазин, — ответила Лаура. — Ашид и Гамаль Фазин. Ашид помоложе и очень даже не дурен собой. Напусти на них свои чары, Соня…

При этих словах Соня нахмурилась. Посмотрев в эту минуту на отца, она поняла, что Гарри, никогда не злившемуся на Лауру, очень не понравилось последнее ее замечание.

— Моей принцессе нет необходимости завораживать каких-то двух египтян-коневодов, — сказал он, беря Соню за подбородок. — Для каждого очевидно, что моя дочь прекрасна. Правда, детка?

В ответ Соня скривила рожицу, и все вокруг засмеялись.

В день приезда братьев Соня, радуясь теплому, солнечному апрельскому утру, основательно занялась своим макияжем. Ей очень хотелось выглядеть привлекательной и естественной. Обведя веки темно-серым карандашом, она затем слегка подкрасила свои ресницы темно-синей тушью. Намазав губы гигиенической помадой «Вишенка», она наложила на веки темно-лиловые тени и надела такого же цвета спортивный костюм для верховой езды, который выигрышно оттенял цвет ее фиалковых глаз и бронзовый загар кожи.

Прячась за занавеской, Соня увидела медленно подкативший к крыльцу принадлежавший братьям автомобиль марки «порш». Когда Гарри вышел навстречу гостям, Соня, крадучись, спустилась по ступенькам вниз и, спрятавшись за спиной Лауры, стала выжидать, когда гости войдут в дом. В прихожей Ашид встал позади своего брата, и в тот момент, когда Соня повернулась так, чтобы получше разглядеть младшего брата, тот тоже смотрел на нее, и глаза молодых людей встретились. Его черные, сверкающие, как угольки, глаза просто загипнотизировали девушку, и она никак не могла от них оторваться. Соня имела весьма смутное представление о том, как могут выглядеть мужчины в широких одеждах и нарядном головном уборе. Но для нее было очевидно только одно: Ашид совершенно не похож на тех мужчин, с которыми ей доводилось общаться раньше. Ему было лет двадцать пять. Высокий, с кожей, отливающей темно-желтым загаром, с огромными черными томными глазами, обрамленными длинными и густыми, как у женщин, ресницами и усами, кончики которых свисали над чувственным ртом, он каждую минуту облизывал ярко-розовым языком свои губы. Его прямые, черные, набриолиненные волосы были гладко зачесаны назад. Живя в Калифорнии, Соне никогда не приходилось видеть таких элегантных мужчин: Ашид был одет в прекрасно сшитый светло-серый костюм, белоснежную рубашку и галстук. Его начищенные легкие кожаные туфли блестели на солнце. Едва взглянув на старшего брата Гамаля, Соня заметила, что был он намного солиднее, пухлое лицо обрамляли отвисшие, как у моржа, усы, а глаза светились усталостью. Откидывая волосы назад, Гамаль постоянно вытирал носовым платком лоб.

— Это наша дочь Соня, — представила девочку гостям Лаура, решив, что будет проще создать видимость семьи.

Пожав друг другу руки, Соня одарила Ашида ослепительной прелестной улыбкой. Сначала весьма кокетливо потупив свой взор, он затем снова робко бросил на Соню застенчивый взгляд. Соня также протянула в знак приветствия свою руку Гамалю. Некоторое время вся компания, собравшись в небольшом рабочем кабинете, беседовала, сидя за столом, сервированным кофе с булочками, которые приготовила Лаура. Соня сидела, не сводя глаз с Ашида.