При условии, что Марк и остальные четыре года будет также преуспевать на музыкальном поприще, его могли выбрать кандидатом для поездки в Италию, где он имел право стать слушателем Музыкального института Болоньи в классе Франко Джанни, маэстро, который брал на обучение лишь трех учеников в год. За право поступить к нему в класс боролись самые одаренные ученики музыкальных школ всего мира. После двух лет неустанных репетиций и подготовок к музыкальной карьере он выпускал учеников, манера игры которых отличалась присущей только Франко Джанни величием. Многие из бывших учеников Джанни стали музыкантами, имели собственных учеников, контракты на записи обычных и сольных концертов. Марчелла часто слышала от своего отца о проходивших раньше в «Карнеги-холле» концертах Джанни. Сначала мысль о возможности обучаться у великого Джанни казалась несбыточной мечтой, но теперь, когда Марк проявлял себя все более и более одаренным учеником, она стала реальной действительностью. Обсудив такую возможность с учителями и Марком, Марчелла стала с нетерпением ждать исполнения своего, учителей и Марка желания.

В течение последних нескольких месяцев книга «Во имя любви» постепенно покинула список бестселлеров, и интерес, вызванный ее выходом в свет, слегка поутих. Марчелла теперь вынашивала план написания романа, навеянного переживаниями, связанными с потерей дочери. Ей также очень хотелось выплеснуть на страницы своего нового романа разрешение того сложного клубка противоречий, мысли о котором одолели ее в результате разлуки с нелюбимым мужем.

На протяжении всей осени Марчелла вместе с Эми продолжала вести светскую жизнь, оставаясь любимицей салона «Элизабет Арден», который она посещала каждый понедельник, обедая в исключительно дорогих ресторанах и продолжая привлекать к себе внимание публики. Эми устроила несколько сугубо дамских застолий, на которых было не так-то просто расслабиться, однако заканчивались они тем, что Эми оставалась совершенно обескураженной поведением своих гостей. Она по-прежнему продолжала приглашать Марчеллу на свои субботние «литературные» вечера. А между тем сюжет нового романа уже зрел в недрах сознания Марчеллы.

По ее замыслу, это должен быть рассказ о женщине, которая, так же как и она, потеряла семью, но только в результате трагедии — пожара, случившегося, как она предполагала, по ее вине. Как женщине преодолеть свое горе? Как найти любимого человека? Марчелла сделала свою героиню такою ранимою и симпатичною, что читатель должен был просто умереть от любопытства для того, чтобы узнать ее дальнейшую судьбу. Это будет очень чувственная тридцатипятилетняя женщина, напуганная своим одиночеством, не безразличная к мужскому полу и остро реагирующая на всякого рода обиды и притеснения. Встретив, наконец, любимого человека, она долго не решается ответить на его любовь и делает это после того, как находит согласие сама с собою. «Второй муж» — так озаглавила Марчелла свой новый роман.

Завтракая в собственной квартире, Марчелла рассказала Эми сюжет своего нового романа, заметив, однако, к своему великому изумлению, что он не произвел никакого впечатления на подругу.

— Не слишком ли тяжелый сюжет для романа? — спросила Эми, вежливо выслушав Марчеллу от начала до конца. — Запомни, читатель хочет развеяться после тяжелого трудового дня: Он хочет слегка приподнять свое настроение, Марчелла, а не грустить. Вот, например, в моей следующей книге героиня испытывает многократный оргазм только тогда, когда едет каким-либо видом транспорта: автомобилем, пароходом или поездом. Итак, она приобретает путевку в кругосветное путешествие. И…

— Эми! — остановила ее Марчелла. — Я наделила свою героиню теми переживаниями, через которые прошла сама. Я пишу этот роман только потому, что я это испытала на себе. Этот крик души не может оставить читателя равнодушным…

Эми кинула на Марчеллу недоуменный взгляд:

— Ты же знаешь, что любую новую написанную тобой книгу я должна представить как произведение, превосходящее по своим достоинствам мой роман «Застежки-«молнии». Именно для этой цели и существуют агенты. Но мне показалось, что сюжет твоей второй книги будет близок лишь тем слабонервным женщинам, которые падают в обморок от романтических излияний вроде тех, которые будут изобиловать в твоем романе. Морщась, они будут заедать твою душещипательную историю лежащими рядом с книгой шоколадными конфетами. Не нужно парить в облаках. Лучше оставаться доступною любому читателю.

Марчелла принялась объяснять:

— Не забывайте, я тоже когда-то была одной из самых преданных вашему творчеству читательниц. Читатели ведь тоже не болваны какие-нибудь, Эми. Женщина, которая тратит свои деньги на книгу, тоже выбирает что-то близкое ее душе.

Закурив сигарету, Эми многозначительно посмотрела на нее.

— Как ты думаешь, Марчелла, какова будет стоимость трех твоих следующих книг? — спросила она.

Засмеявшись в ответ, Марчелла ответила:

— Я пока еще не думала о том, чтобы написать три книги. Я лишь делюсь набросками своей второй.

— Это не имеет никакого значения, — нетерпеливо тряся рукою с зажатой между пальцами сигаретой, ответила Эми. — Ты обязана написать еще три книги, которые мы сможем предложить прямо комплектом в то же самое издательство «Вольюмз». Предположим, за пять миллионов.

— Эми! — глотая воздух, воскликнула Марчелла. — С ума можно сойти от таких слов! Что я буду делать с такой уймой денег?

— Для начала отдашь причитающиеся мне десять процентов, — ответила Эми. — После чего налоговая инспекция заберет свою долю. Мне не придется сильно беспокоиться о том, как потратить свои денежки!

Марчелла вернулась к своему привычному рабочему режиму: проработав целую ночь за написанием книги, она на следующий день поднималась с постели только в полдень. Просмотрев утреннюю почту, принесенную Марком до ухода в школу, она принимала душ, отправлялась в комнату своей матери и завтракала апельсиновым соком с чашкой кофе. Приблизительно к часу дня, под действием выпитого кофе, она начинала чувствовать прилив творческой энергии. Такие вот чудесные минуты были самыми продуктивными в творчестве Марчеллы.