Но потом ему понадобились деньги. Большие деньги. Потому что он надумал жениться.

— Нужно перегнать в Россию рефрижераторы с мясом.

— Сколько?

— Десять штук.

— Нет, мало.

— И еще двадцать, если прихватишь с собой попутный груз.

— Ладно, согласен…

Какой груз, Мурат уточнять не стал. Не все ли равно. Обманывать его не станут — побоятся, что может дороже выйти.

Юг России прошли гладко, соря на постах деньгами. В машины никто не совался. За отдельно оговоренную плату. Командиры продавались, как продавались во время войны.

Мурат не любил русских. Но мирился с ними. Потому что кормился с них. Если бы не Россия, чеченцы давно бы вымерли от голода.

В средней полосе Мурат сбросил попутный груз. Оставалось сдать мясо…

— Ты чего, Серега, неси! — крикнули сзади.

Сергей оторвал ноги от асфальта, понес.

Мурат здесь…

Здесь…

Рядом…

Мурат, который отрезал голову его сослуживцу. Живому отрезал.

Он здесь!

Злость тошнотой подступила к горлу. А может быть, это просто попалась тяжелая туша.

Может быть, просто туша…

Сергей таскал мороженую баранину, вспоминая задранную вверх голову, вспоминая ямы в земле, заменяющие пленникам камеры, вспоминая побои и унижения.

Вспоминал.

Вспоминал…

Он закончил работу, получил деньги, не глядя, скомкав в горсти, сунул их в карман.

— Серега, есть халтура, надо машину разгрузить.

— Что? Нет, я не могу. Сегодня не могу…

Сергей быстро уходил, почти убегал с рынка. Он даже не понимал, куда и зачем спешит. Он просто не мог стоять на месте, ему надо было что-то делать, надо было куда-то бежать…

Недалеко от своего дома Сергей остановился.

Зачем он пришел домой? Не надо домой.

А куда надо?..

К Витьке. Надо идти к Витьке!

Сергей развернулся и побежал назад.

Только бы он был дома, только бы был…

Витька был дома.

— Дай мне ствол. Я знаю, у тебя есть ствол. Ты показывал, — сказал Сергей с порога.

— Зачем он тебе?

— Надо. Очень надо!

Витька не хотел давать пистолет. Сергей был явно не в себе. Мало ли что он может вытворить, а его потом по судам затаскают. Да и посадить могут за незаконное хранение…

Зря он показывал пистолет. И зря притащил его из Приднестровья.

— Ну дай, дай. Мне только попугать.

Сергей действительно хотел только попугать. Вдруг захотел увидеть, как его мучитель струсит, как будет ползать на коленях и мочиться в штаны…

Ни о чем другом он не помышлял. Только увидеть, как он ползает и молит о пощаде.

— У меня нет пистолета, — притворно вздохнул Витька.

— Как нет? А где он?

— Выбросил.

— Не ври! Он у тебя! Я все равно его найду! Лучше дай добром!

Сергей шагнул в комнаты. Он готов был перевернуть весь дом!..

— Ладно, только я тебе его не давал и ничего о нем не слышал.

— Не слышал, не слышал…

Витька вытащил из платяного шкафа пистолет, тщательно обтер его со всех сторон, чтобы стереть отпечатки пальцев.

— На. И помни…

— Да помню, помню.

Сергей схватил пистолет, не глядя сунул его за пазуху.

— Ты кого попугать хочешь?

— Да так, одного… Он мне деньги не отдает.

Сергей бежал к рынку бегом. Он даже не догадался поймать машину.

Только бы успеть. Только бы не опоздать… Рефрижераторы стояли на месте. Возле них никого не было. Чеченцы сидели в кафе. Но Мурата среди них не было. Все равно никуда не денется, все равно придет. Надо только подождать. Только дождаться…

Сергей встал у забора, спрятавшись за машинами. Миновать его, если идти к рефрижераторам, было невозможно.

Только бы он пришел…

Что будет потом, Сергей не думал — ничего не будет, он только попугает, и все…

Мурат появился неожиданно. Он уверенно завернул в открытые ворота и направился к машинам.

Сергей шагнул из своего укрытия ему навстречу. И остановился, вновь почувствовав отозвавшийся спазмом внизу живота страх.

Мурат заметил замаячившую в тени рефрижератора фигуру и остановился.

— Чего тебе? — спросил он.

Сергей растерялся и сделал шаг назад. Он боялся Мурата, он всегда его боялся, и теперь тоже! Но еще он его ненавидел.

Мурат пошел дальше.

— Стой! — не своим, чужим, неузнаваемым голосом просипел Сергей.

Мурат снова остановился.

— Уйди с дороги! — довольно миролюбиво сказал он.