— Голова болит?

— Да. Это аспирин.

— Не припомню, чтобы аспирин продавался в розовых капсулах.

— Ты все-таки очень наблюдательна. Ладно, скажу. Это… одно лекарство. Я же после болезни, помнишь, а организм восстанавливается не сразу.

Кэрри не прислушивалась. Она ела, едва шевеля ложкой, опираясь головой на руку. В какой-то момент она громко рыгнула, но даже не поморщилась, слишком усталая для соблюдения приличий.

— А чем ты болела? — не унималась Сара.

— Да ничем особенным. — Анна снова отмахнулась. — Было мне как-то нехорошо, я худела, а некоторое время назад случайно обнаружила уплотнение… совсем крохотное! Я побывала у врача, и, конечно, все оказалось ерундой.

— Слава Богу, — пробормотала Кэрри.

— А где именно ты нашла уплотнение? — спросила Сара, не сводя глаз с лица собеседницы.

— В правой груди, — ответила та. — Сходила на биопсию да и забыла об этом. Говорю же, ерунда!

— Значит, это не злокачественная опухоль?

Кэрри не могла взять в толк, почему Сара так вдается в этот вопрос. В конце концов, настаивать нетактично.

— Послушай, Анна же сказала…

— Злокачественная или нет?

— Так, немного, — ответила Анна, глядя в тарелку.

— Что значит «немного»? — встрепенулась Кэрри.

— Ну, ты знаешь врачей, они всегда все преувеличивают. Паникеры, вот они кто!

— Да, но каков был результат биопсии?

— Эрик прав, доктора тоже люди и хотят заработать, потому и пугают. Назначат сотню разных дорогостоящих процедур, а вы платите. Или еще хлеще — заявят, что вам требуется операция. Сами знаете, сколько все стоит в онкологии!

— Значит, тебе предложили лечь на операцию? — уточнила Сара, обменявшись с Кэрри взглядом.

— Как каждой второй пациентке! Эрик предупреждал, что так оно и будет, поэтому я ничуть не удивилась. Думаете, я позволю копаться скальпелем у себя в груди? Знаете, как это отразилось бы на страховке?

— Как бы это отразилось?

— Взносы подскочили бы до небес! Да страховка у нас и не покрывает такую операцию.

«Что же это за страховка? — подумала Кэрри. — Наверняка самая нищенская, при которой, если сломаешь ногу, вместо лечения предлагают ее отнять, чтоб вышло подешевле, а если в груди опухоль, предлагают ее отрезать целиком!»

Она была так поражена, что забыла про усталость.

— Зачем тогда было искать более выгодную компанию? — говорила Анна. — Эрик из кожи вон лезет, чтобы выгадать деньги на расширение дела. Когда я узнала, какие он сделал вложения, то одобрила всецело.

— Он сказал тебе только потом? — удивилась Сара.

— Ну да, хотел сделать сюрприз. А что такого? Я с самого начала дала ему карт-бланш на все, что сочтет нужным. Мы ведь равные партеры.

Тон Анны постепенно становился все более вызывающим, а поза — все более напряженной. Чтобы немного разрядить обстановку, Сара отведала супа и похвалила его.

— Мой любимый, — оживилась Анна.

— Мой тоже. Все-таки немного странно, что страховка не покрывает операцию на груди. Я думала, это само собой разумеется.

— В самом деле, — согласилась Анна. — Но вышло так, что я прошла обследование как раз тогда, когда мы разорвали договор с одной компанией, а с другой еще не заключили. Эрик уговаривал подождать, но я по глупости тревожилась. Единственный раз в жизни поступила по-своему — и вот результат. — Она вдруг встрепенулась. — Вы не думайте, если бы операция была неизбежна, мы бы заплатили из своего кармана! Деньги у нас есть. Но раз существуют другие, менее накладные методы, не разумнее ли воспользоваться ими? Эрик облазил Интернет и нашел множество альтернативных решений… Кэрри! Твой суп совсем остыл.

— А ты уверена… — начала та, но Сара больно пнула ее под стулом.

— В чем? — с подозрением спросила Анна.

— Что томатный суп едят с сухариками? Я предпочитаю крекеры.

— Крекеров не нашлось.

— Ах вот как!

— Тебе все же очень повезло с мужем, — сказала Сара. Кэрри поперхнулась супом. Ей стоило большого труда поддакнуть, даже ради лжи во спасение.

— А почему он не поехал с тобой на курорт?

— Соображаешь, в какую сумму это могло вылиться? Я бы не постояла за деньгами, но Эрик заявил, что мне эта поездка нужнее, а он пока подыщет хорошего доктора. Когда я вернусь, займемся этим вплотную. Он уверял, что тут уж за расходами не постоит, так как я для него дороже любых денег. Сказал, что готов разориться, лишь бы я поправилась.

Кэрри в сердцах подумала: «Вот сволочь!» Ей уже было совершенно ясно, как Анна оказалась вместе с ними в обреченном доме. Возможно, та и сама понимала это в глубине души, но не желала смотреть в лицо правде. Хотелось бы только знать, оставил он ей «прощальный привет» или не осмелился.

— Рассиживаться некогда, — сказала Сара, возвращая ее к действительности. — До рассвета надо покинуть дом.

— У меня все руки изодраны, да и у тебя тоже. Не знаю, как мы будем спускаться по веревке.