Потребовалось чуть более получаса, чтобы добраться до городка Эмерсон — крохотного населенного пункта, полностью уместившегося в лощинке между холмов. Отец семейства остановил фургончик перед двухэтажным каменным строением. Стоило Джону Полу и Эвери выйти, как он захлопнул дверцу и дал газ.

— По-моему, мы их насмерть перепугали.

— Тем лучше. Чем быстрее от нас уберутся, тем больше у них шансов остаться в живых.

В здании нашлось отделение полиции (факт поразительный, если учесть размеры городка), затиснутое между станцией добровольной пожарной бригады и закусочной («Всегда холодное пиво и горячие гамбургеры»). Все три «департамента» выходили в один и тот же узкий коридор. Пройдя в среднюю дверь, Эвери и Джон Пол попали в довольно-таки просторный холл. Двери по бокам вели оттуда прямо в закусочную и к пожарным — удивительно рациональное устройство, очевидно, позволявшее всем экономить время друг друга. Поскольку двери были раздвижные и уже хорошо послужившие, холл заполняли всевозможные ароматы.

К большому удивлению Эвери, смешанный запах жареного мяса, лука и картошки вызвал в ней приступ не голода, а тошноты. Вот что бывает, если днями не есть, мокнуть, мерзнуть и улепетывать от киллеров! Наверное, именно так чувствует себя выжатый лимон.

Прикинув расстояние от двери до конторки, Эвери усомнилась, что осилит его. Казалось, к каждой ноге привязано ядро, как в средние века у каторжников. Чтобы сдвинуться с места, пришлось мысленно дернуть себя за шиворот.

Джон Пол давно уже поглядывал на Эвери с тревогой. Она поникала прямо на глазах.

— Как ты? — не выдержал он.

— По-моему, сейчас начнутся предсмертные судороги, — вяло пошутила она. — Я не синею, нет?

— Я скажу, когда начнешь.

За стеклом, на пару дюймов не доходившим до конторки, виднелся солидный стол начальника полиции и сам он в кресле за столом над ворохом каких-то бумаг. Это был мужчина средних лет, в белой рубашке с табличкой на кармане (там стояло «Шеф Тайлер»). Он сидел боком и то и дело отвлекался от своего занятия, чтобы взглянуть вверх, на экран телевизора, укрепленного в углу под потолком.

Прямо за конторкой, спиной к двери, стояла женщина в форме, с волосами, осветленными до мертвенной белизны (то есть до цвета лица Эвери). Эта вообще не отрывалась от телевизора словно зачарованная.

— Ну? Разве я не говорила, что назревает беда? Разве не говорила, Бад?

— Говорила, Верна, сотню раз.

— А разве не предсказывала, чем все кончится? Согласись, он сам виноват! Погубил столько прекрасного леса, срыл столько превосходного дерна — и все ради того, чтобы выстроить себе дворец! Говорю тебе, его покарала мать природа!

— Ну да, ну да… — рассеянно пробормотал шеф Тайлер, разрываясь между бумагами и передачей.

— По-моему, так ему и надо! Жену только жаль, бедняжку.

— Бывшую жену.

— Пусть бывшую, ну и что? Она тут ни при чем! Этот гнусный тип небось зарился на какую-нибудь вертихвостку помоложе, вот и решил сбыть ее с рук. Таких в один мешок — и в воду! А она-то, бедняжка! Не успела привыкнуть к шикарной жизни, как снова осталась без гроша.

Должно быть, шефу Тайлеру надоело все это выслушивать, потому что он отодвинул бумаги и упер руки в стол.

— Бедняжка, говоришь? Как же! Ты что, не смотрела интервью с этой бедняжкой? Только и слышно было, что «биип, биип»! Сплошное сквернословие! Не знаю, чем она прельстила этого дурня.

— Чем бы ни прельстила, а жить ей теперь не на что!

— Пусть подыщет работу, как все нормальные люди! Надо думать головой, когда подписываешь брачный контракт.

Джон Пол и Эвери некоторое время прислушивались от двери, потом (как раз когда Верна заявила, что все это просто стыд и срам) вошли. Разговор тотчас оборвался, и шеф Тайлер приподнялся в кресле:

— Что с вами приключилось?!

— Это долгая история.

— А я не спешу.

Эвери собралась с силами и отстранилась от Джона Пола. Ее шаткая походка и измученный вид заставили Верну ахнуть:

— Бедняжка! Вы кто?

— Эвери Делейни.

— Я хотела сказать, как вы дошли до такой жизни? Вы же насквозь мокрая! Так недолго и простудиться! Ну, рассказывайте, рассказывайте!

Эвери решительно не знала, с чего начать, и обрадовалась, когда Джон Пол уселся рядом с начальником полиции и заговорил вполголоса. Вот и пусть объясняет, решила она.

— Можно от вас позвонить в ФБР?

Глаза у Верны округлились, брови взлетели вверх. Она замялась, переступила в нерешительности с ноги на ногу и наконец воззвала к своему шефу:

— Бад, она хочет звонить в ФБР!

— Ну так пусть звонит, — отмахнулся тот, всецело поглощенный рассказом Джона Пола.

— Вот! — Верна достала из-под конторки старомодный телефонный аппарат, черный, с диском для набора. — Потом можете воспользоваться нашей душевой — она на втором этаже, над пожарными. Полотенца чистые. И вообще принесу-ка я вам по одеялу, ребята! Не хватало еще, чтобы ко всем своим бедам вы заработали воспаление легких!..