Шрифт:
– Твоей сестре не покажется странным, что ты пригласил меня пожить на вилле? – забеспокоилась Хэтти.
Марио молчал, устремив взор на их соединенные руки.
– Она очень удивится, – сказал он наконец. В его голосе появилось напряжение, которого не было раньше. – Потому что я никогда еще ни одну женщину не привозил на виллу. – Марио поднял на нее глаза, и от его взгляда у Хэтти захватило дух. – Я не собирался это говорить, во всяком случае, сегодня... Понимаю, что мне следовало набраться терпения и подождать, но Бог свидетель, я и так уже потратил изрядную часть своей жизни впустую. – Он крепче сжал ее руку. – Харриетт, увидев тебя, я сразу понял, что ты должна быть моей. Мне не нужна короткая интрижка, роман... ты нужна мне не на время, а на всю жизнь. Харриетт, я прошу тебя стать моей женой.
9
В комнате стало очень тихо, лишь с улицы приглушенно доносились звуки ночного города.
Ты должна образумиться, все происходит слишком быстро и потому добром не закончится, твердил Хэтти внутренний голос, но его заглушал громкий стук сердца, переполненного радостью. Сбывается то, о чем она мечтала всю свою сознательную жизнь.
– Я поторопил события, – с горечью сказал Марио. Жестом, выдающим волнение, он взлохматил волосы пятерней. – Я повел себя глупо, нужно было подождать...
– Нет, не нужно, – быстро сказала Хэтти. Она радостно улыбнулась, и глаза Марио сверкнули в ответ. – Я рада, что ты не можешь ждать.
Он сжал ее руки так, что Хэтти едва не вскрикнула от боли.
– Ты серьезно?
– Да.
– Так ты согласна выйти за меня замуж?
– Да, да!
– Тогда скажи, что любишь меня!
– Ну конечно люблю, – заверила Хэтти, – иначе этот разговор был бы невозможен.
Марио вскочил на ноги, потянув за собой Хэтти. Выражение его лица стало напряженным, он впился взглядом в ее глаза.
– Ты понимаешь, что все скажут, что мы слишком мало знаем друг друга и еще не успели проверить свои чувства?
– А тебе не все равно, что скажут другие? – с вызовом спросила Хэтти.
Марио бережно обхватил ее лицо ладонями.
– Для меня важно только твое мнение... ну, еще, возможно, мнение твоих родителей. Мы должны с ними поговорить...
– Пока не надо, – поспешно возразила Хэтти. – Я пока не хочу ни с кем делиться нашей новостью.
– Даже с подругой?
– Джоан уже знает. – Видя ошеломление Марио, Хэтти рассмеялась. – Конечно, не то, что ты сделал мне предложение, а что я тебя люблю. Я никогда еще не была безумно влюблена, должна же я была поделиться хоть с кем-нибудь!
Марио просиял.
– Отлично. Раз твоя подруга знает, это значительно облегчит нам жизнь на вилле. Полагаю, она поймет, что нам нужно иногда оставаться наедине?
– Конечно, поймет, – заверила Хэтти и выжидающе уставилась на Марио. – Не знаю, дорогой, как принято в Италии, а у нас в Англии предложение руки и сердца, конечно, если дама ответила «да», принято скреплять поцелуем.
– Харриетт, скажи еще раз: дорогой.
– Нет уж, сначала поцелуй меня.
Вместо поцелуя Марио подхватил ее на руки. У Хэтти мелькнула мысль, не собирается ли он отнести ее прямо в спальню, коль скоро они объяснились друг другу в любви. Но Марио сел на диван, усадил Хэтти к себе на колени и поцеловал в губы, которые она с готовностью подставила.
– Ну вот, любовь моя, теперь мне самому не верится, что все это происходит на самом деле.
– Если это сон, то он снится нам обоим, – прошептала Хэтти.
Марио ухитрялся одними поцелуями доставлять ей огромное наслаждение, он сумел продемонстрировать, что поцелуй – большое искусство и что он, Марио Пачини, достиг в этом искусстве совершенства. Переводя дух, Хэтти чуть отстранилась и спросила с вызовом:
– Кто научил тебя так целоваться? Марио рассмеялся и взлохматил ей волосы.
– Оливия.
– Кто такая Оливия?
– Просто девушка, с которой я встречался в юности задолго до женитьбы. Она была старше меня, это она открыла мне, что поцелуи и ласки ничуть не менее важны, чем сам акт любви. Вот только она так и не позволила мне зайти дальше поцелуев.
Прозвучавшее в его голосе легкое сожаление не укрылось от Хэтти.
– Но ты-то хотел большего! – проницательно заметила она, погрозив ему пальцем.
Марио плутовато усмехнулся и стал казаться гораздо моложе своих лет.
– Мужчины всегда хотят большего, дорогая. – Он глубоко вздохнул. – Давай вернемся к практическим вопросам. Я понимаю, что требую очень многого, но... Харриетт, ты согласна отказаться от карьеры и разделить со мной жизнь? После недолгого колебания Хэтти кивнула.
– Да, согласна.
– У тебя есть сомнения? – тихо спросил Марио.
– Нет, вовсе нет. – Она замялась и робко улыбнулась. – Признаюсь тебе в том, в чем не признавалась ни одной живой душе: моя так называемая карьера никогда не была для меня важна. Я только притворялась деловой женщиной.