Марио нахмурился.

– Но зачем было притворяться, любовь моя?

– Во-первых, современной девушке полагается работать и стремиться сделать карьеру. – Хэтти пожала плечами. – Кроме того, должна же я была заниматься каким-то делом. Я не лентяйка, и с мозгами у меня, кажется, все в порядке, хотя мне никогда не стать такой, как мои сестры. Бет окончила университет с отличием, а Салли, та вообще светлая голова, она, наверное, обскачет даже Бет. – Хэтти кисло улыбнулась. – После школы я окончила курсы машинописи и поступила на работу в солидную контору, торгующую недвижимостью, чтобы все видели, что я намерена делать карьеру. Правда, там мне быстро наскучило, так что вакансия в фотостудии подвернулась весьма кстати. Моя нынешняя работа мне нравится, но, честно говоря, мне не хотелось бы заниматься ею всю жизнь.

– Рад это слышать. Признаться, я боялся, что твоя работа встанет между нами.

– Может, я смогу найти какое-нибудь дело по душе здесь, во Флоренции, или...

– Или?

– Может быть, у нас родится ребенок, – еле слышно прошептала Хэтти.

– Ты серьезно, любимая? Ты правда хочешь иметь ребенка?

– Не ребенка вообще, – уточнила, осмелев, Хэтти, – а твоего ребенка.

Марио прижал ее к себе и вдруг разразился потоком итальянских фраз. Хэтти не понимала из его страстной речи ни слова, но не сомневалась, что Марио не просто обрадован – счастлив. И она не ошиблась.

– А я было отчаялся стать отцом, – хрипло признался Марио, снова переходя на английский.

– Мне не верится, что не нашлось женщины, которая была бы счастлива родить тебе детей.

– Женщины, может, и находились, только я зарекся жениться без любви. Мне хватило одного раза.

Хэтти испытала острое желание утешить этого взрослого, зрелого мужчину. Она обняла Марио за шею и страстно поцеловала его, без слов выражая свои чувства. Марио зашептал ей какие-то нежные слова, снова перейдя на родной язык, Хэтти жалела только о том, что не понимает его.

– Я научу тебя итальянскому, – пообещал он в перерыве между поцелуями. – Я не могу заниматься любовью на английском.

– У тебя отлично получается, – хрипло прошептала Хэтти.

– О, я могу еще лучше...

Внезапно оба замолчали и посмотрели друг другу в глаза. Каждый прочел во взгляде другого желание. Марио порывисто встал и протянул Хэтти руку.

– Я должен проводить тебя до номера.

– Но еще так рано, – запротестовала она.

– Любовь моя, я так сильно тебя хочу, что весь горю, я не могу с собой... боюсь, мне не хватит силы воли... черт, не могу подобрать нужные слова! – Он несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. – Харриетт, клянусь, мои намерения были чисты, не как у других мужчин, которых ты знала. Угощение, вино – это лишь еда и питье, а не средства соблазнить тебя, чтобы уложить в постель.

– Сейчас я это знаю. – Хэтти положила руку ему на плечо. – Марио... ты хочешь сказать, что не будешь заниматься со мной любовью до свадьбы?

– Если это и твое желание – да, обещаю.

– Нет, у меня другое желание: чтобы мы занялись любовью раньше, даже... даже если поначалу не все у нас пойдет гладко.

– Харриетт, не путай меня со своими любовниками! – высокомерно заявил Марио. – Мы созданы друг для друга, вот увидишь, у нас все будет прекрасно.

– Все возможно, но это неважно. – Хэтти поспешила уточнить: – То есть я хочу сказать, что до нашей брачной ночи мы достигнем совершенства.

– Ты хочешь стереть дурные воспоминания? Ах, Харриетт... – Марио поцеловал ее с нежной страстью, затем немного отстранился и с улыбкой посмотрел в глаза. – Теперь, когда ты согласилась стать моей, – прошептал он, – я очень скоро покажу тебе, какой может быть любовь. А пока...

– Ты хочешь отвести меня обратно к Джоан, – смиренно подсказала Хэтти.

Марио покачал головой и снова усадил ее на мягкий диван.

– Не сейчас. У нас сегодня особенный день, я намерен еще немного подержать тебя в своих объятиях.

Марио стал покрывать легкими нежными поцелуями ее лоб, веки, щеки и наконец нашел ее губы. Хэтти пылко ответила на поцелуй, у Марио участилось дыхание, он опустил ее на диванные подушки и навис над ней. Неотрывно глядя Хэтти в лицо, словно пытаясь заметить малейшие признаки недовольства, он стал ласкать ее грудь через тонкую ткань платья.

Хэтти выгнулась ему навстречу, желая большего. Его длинные тонкие пальцы медленно скользнули за вырез платья. От их нежного прикосновения к набухшим и ставшим очень чувствительными соскам у Хэтти захватило дух. Марио припал к ее губам глубоким страстным поцелуем и, не отрываясь от ее губ, вытянулся на диване во весь рост. От прикосновения к его горячей возбужденной плоти внутри Хэтти словно что-то взорвалось, как будто открылся неизвестный источник неистового, неукротимого желания. Едва сознавая, что делает, она завела руку за спину, резко потянула вниз язычок «молнии» и спустила платье до талии. Марио шумно втянул в себя воздух, освободил грудь Хэтти от бюстгальтера и сомкнул горячие губы вокруг одного соска, в то время как его пальцы ласкали другой.

Голова Хэтти металась из стороны в сторону по диванной подушке, желание стало нестерпимым. Погрузив пальцы в густые черные волосы Марио, она еще ближе притянула к себе его голову, но Марио отстранился и сел – только чтобы сорвать с себя рубашку, – а затем снова навис над Хэтти и стал жадно целовать со все нарастающей страстью.

Наконец он поднял голову, посмотрел в глаза Хэтти и хрипло выдохнул:

– Это выше моих сил, любимая!

– Марио, я так тебя хочу, – простонала она.