– У тебя усталый вид, – тихо сказал Марио.

– У тебя тоже.

Он кивнул.

– После твоего отъезда я плохо спал, а когда получил твое письмо, вообще перестал.

Хэтти отвела взгляд, ей было почему-то трудно приступить к истинной цели разговора.

– Ты, наверное, замерз. Хочешь, я приготовлю кофе?

– Спасибо.

Хэтти прошла в кухню, поставила чайник на огонь, Марио последовал за ней, молча наблюдая за ее движениями. Хэтти насыпала в две чашки растворимый кофе, налила кипяток и поставила на поднос молочник и сахарницу.

– Откуда ты узнал, что я буду в Фоксхолле? – тихо спросила она.

– Я позвонил твоим родителям, как только добрался до Лондона.

Хэтти удивленно не кинула брови.

– Они мне не говорили, что ты звонил!

– Потому что я попросил их не говорить. Я боялся, что если ты узнаешь о моем приезде, то откажешься со мной встретиться. – Он замолчал, но Хэтти тоже молчала, неотрывно глядя ему в глаза. Марио первым нарушил затянувшееся молчание. – Харриетт, ты мне не объяснила, что заставило тебя передумать, но я сам это выяснил.

Хэтти была этому даже рада: теперь, когда она оказалась лицом к лицу с Марио, ей расхотелось играть роль обвинителя.

– Что именно ты выяснил? – настороженно спросила она.

– Я узнал, что София рассказала тебе, как умерла Лючия, – просто сказал он.

Хэтти взяла поднос и пошла обратно в гостиную. Марио последовал за ней. Дождавшись, пока она устроится на большом старинном диване, он сел с другой стороны и устремил взгляд на камин. Молчание затягивалось и становилось все более напряженным. На этот раз первой не выдержала Хэтти.

– Скажи, Марио, если бы все шло, как было задумано, ты когда-нибудь рассказал бы мне правду?

– Да, хотя для этого мне пришлось бы в некотором роде выдать, чужую тайну, – загадочно ответил Марио. Он поставил чашку на кофейный столик и повернулся к Хэтти. – Харриетт, я никогда тебе не лгал.

– И ты рассчитываешь, что я поверю?! – возмутилась Хэтти. – Ты говорил, что между тобой и Лючией никогда не было физической близости, однако она умерла при родах!

Лицо Марка стало еще более напряженным, вокруг губ залегли складки.

– Это правда. Мне пришлось выслушать много соболезнований. Меня тошнило от всеобщего сочувствия.

Хэтти прищурилась.

– А тебе не кажется, что в тех обстоятельствах было бы странно, если бы тебе никто не сочувствовал?

– Честно говоря, тогда мне было бы легче, – сказал Марио с каким-то странным напряжением. – Но как я мог объяснить родным, друзьям, что в последние месяцы нашего брака мы жили в еще большей лжи, чем все предыдущие годы? Ни Фредо, ни София – никто не знал правды. – Он посмотрел Хэтти в глаза. – Лючия была беременна не от меня.

– О Боже! – Хэтти уставилась на Марио с выражением, сродни ужасу, потом пододвинулась к нему и взяла его за руку. – Неужели у нее был любовник?

Марио опустил взгляд на их соединенные руки и хрипло пробормотал:

– Я думал, что никогда уже не почувствую твоего прикосновения.

Выдержка, которая в последнее время частенько подводила Хэтти, сейчас и вовсе ее покинула. Из глаз хлынули слезы. Марио что-то пробормотал по-итальянски и привлек Хэтти к себе.

Она обмякла в его руках, положила голову на его плечо и дала волю слезам. Наконец Хэтти успокоилась, отодвинулась от Марио и полезла в карман за носовым платком – в последнее время она старалась постоянно носить с собой даже не один, а несколько платков, поскольку глаза постоянно были на мокром месте.

– Извини, кажется, за последнюю неделю я пролила больше слез, чем за все предыдущие годы, вместе взятые.

Она улыбнулась сквозь слезы и, увидев, что на ресницах Марио тоже блестит влага, чуть не расплакалась снова.

– Последняя неделя была сущей пыткой, – признался Марио. – Я даже начал сожалеть, что мы вообще с тобой познакомились.

Хэтти сумела улыбнуться.

– Ну, я так далеко никогда не заходила. Но...

– Что, любимая?

– Даже если бы мы никогда больше не встретились, я бы не сожалела, что мы с тобой занимались любовью, – тихо призналась Хэтти.

– Когда я слышу от тебя такие речи... – не договорив, Марио глубоко вздохнул. – Знаешь, стоит мне только прикоснуться к тебе, как я снова хочу заняться с тобой любовью. Но я приехал совсем не за этим.

– Ты не хочешь заниматься со мной любовью?

Марио укоризненно погрозил ей пальцем.

– Не дразни меня, ты же знаешь, что я всегда этого хочу, мое влечение к тебе умрет только имеете с тобой. Но сначала мы должны поговорить, устранить все недоразумения между нами.

– Если не хочешь рассказывать мне про Лючию, не надо, я не настаиваю, – быстро сказала Хэтти. – Теперь, когда я знаю правду, мы можем никогда больше не возвращаться к этой теме.