Натан почесал в затылке.

– Боюсь, тут я не специалист, Элизабет. Но на вид очаровательно!

Элизабет смущенно покачала головой.

– Я так чудно себя чувствую, обо все спотыкаюсь! Ох, Натан, просто не знаю, что делать! Может, вам лучше пойти без меня? Только подумайте, сколько там будет молодых леди!

– Но вы – единственная, с кем я хочу танцевать! – упрямо заявил он. – Держу пари, стоит только вам появиться, и все мужчины в городе будут у ваших ног!

Как ни странно, слова его оказались пророческими, и Натан просто упивался гордостью, заметив, какой фурор вызвало их появление. Глаза всех собравшихся вмиг обратились на его очаровательную спутницу. Сам он всегда считал ее красавицей, а сейчас и вовсе черты ее лица, оттененные каскадом сверкающих локонов, стали как будто еще женственнее.

Он помог ей сбросить мантилью, потом, подхватив под руку, проводил в зал, испытывая ни с чем не сравнимое удовольствие при виде изумления на лицах тех, кому случалось видеть Элизабет и раньше, и восторга – среди тех, кто видел ее впервые.

– Элизабет! Боже правый! Я бы вас никогда не узнал, так вы изменились! – объявил Вирджил Киркленд, галантно поднося к губам ее затянутую в перчатку руку. – Энн, – продолжил он, повернувшись к улыбающейся жене, – да ты сотворила чудо!

– Еще какое! – подхватила та, дружески пожимая руку побледневшей и растерянной Элизабет. – Чудесно выглядите, дорогая! Самая элегантная леди в этом зале!

– Спасибо, мэм, – прошептала Элизабет. Ее темные глаза испуганно расширились.

К Кирклендам присоединились Тэлботы, вслед за ними и Симонсоны, отдав должное невероятной перемене, происшедшей с Элизабет. Поблагодарив всех, она снова замолчала, словно воды в рот набрала. Сообразив, что Элизабет, должно быть, напугана до смерти, Натан обнял свою спутницу за талию и почувствовал, как ее бьет крупная дрожь.

– Давайте выпьем чего-нибудь, – непринужденно предложил он. А через минуту, сунув ей в руку бокал с пуншем, тихонько шепнул: – Ну, что я вам говорил?

– Что?

– А то, что вы затмили абсолютно всех дам! – Улыбка его была полна гордости. – И все мужчины в зале смотрят только на вас, Элизабет! Хотел бы я, чтобы сейчас здесь был Джим! Держу пари, при виде подобного зрелища у него глаза на лоб бы полезли!

У Элизабет вдруг так задрожали руки, что пунш чуть было не выплеснулся на платье. Она быстро поставила бокал и нервно оглянулась по сторонам.

– Ага, вот и музыка. – Натан взял ее за руку. – Пойдемте, я научу вас, как танцевать.

– Нет, Натан!

Какое-то ужасное чувство поднималось в душе Элизабет: не страх, не паника, а что-то совсем уж кошмарное. Бравурная мелодия первого танца просто оглушила ее. Элизабет ничего не видела, не слышала – она сознавала лишь то, что должна исчезнуть, и как можно скорее.

Выдернув руку, она ринулась в сторону, расталкивая собравшихся и не обращая внимания на удивленные взгляды. Не остановил ее и голос Натана, умоляющего ее подождать.

К счастью, Элизабет не удалось скрыться. Донельзя встревоженный Натан обнаружил ее в тени за углом дома.

– Элизабет? – Завернув за угол, он чуть было не налетел на нее, но тут же остановился и замедлил шаги, ибо Элизабет выглядела точь-в-точь как перепуганный насмерть зверек.

Она всем телом прижалась к стене, крепко зажмурилась и тяжело дышала, и Натан сразу же понял, что красавица с трудом удерживается от рыданий.

– Нет, Элизабет, – пробормотал он, даже в темноте различив серебристые дорожки слез на ее щеках. – Не надо! – Он обнял ее и нежно привлек к себе, мягко покачивая, будто испуганного ребенка. – Тише, тише, милая. Не надо!

– Отвезите меня домой. – В голосе ее слышался страх. – Пожалуйста, Натан!

Не удержавшись, он украдкой погладил ее мягкие локоны.

– Хорошо, дорогая. Только не плачьте!

Постепенно Элизабет успокоилась, даже решилась воспользоваться носовым платком, который ей деликатно предложил Натан.

– Прошу прощения, – с досадой пробормотал он, когда она отодвинулась. – Мне не следовало...

Слезы снова обожгли ей глаза.

– Нет, это я во всем виновата! Испортила вам вечер. Простите меня, Натан! – Элизабет прижалась к холодной стене. – А помните, как мы качали Джона Мэтью на качелях?

– Конечно. – Натан сунул руки в карманы. – Он так любил, когда его качали!

– Да, любил, – кивнула Элизабет. – Он всегда так смеялся! Джонни был веселым малышом. – Подавив рыдание, она утерла слезы платком и надрывно вздохнула.

– Чудесный был мальчишка, – тихо прошептал Натан, – и вырос бы замечательным человеком!

– Да. Таким же, как его отец. – Элизабет порывисто вздохнула. – Джеймс... я никогда не забуду, как он был горд и счастлив! И мне нравилось быть его же – ной! – Глаза ее смотрели мимо Натана, куда-то в темноту ночи. – Какой же я была глупой!