— БигБосс?! — мой и Инка голоса слились в один. Я спрыгнула с коня: — Соскучились?

— Да, — он выглядел мрачным. — Сейчас за мной, живо! — за его спиной открылся портал, и оттуда выскочила парочка наших «костоправов» с носилками. Осторожно стянув с лошади вяло сопротивляющегося Тамерлана, твердящего, что он сам дойдет, они уложили его на носилки, накрыли одеялом, и устремились обратно в портал. Инк мгновенно оказался на земле и встал рядом со мной.

— Он совсем плох, — констатировал Кириллош, проводив взглядом подчиненного, и устало вздохнул. — Берите свое и за мной.

— Босс, — Тоаль принялся быстро отстегивать сумки от седел, — анклав сжимается.

— Знаю, но сделать ничего нельзя.

— Совсем?

— Они умрут быстро — максимум, что можно сделать.

— А Адриан?

Иншеан сделал какой-то непонятный жест рукой: — Нельзя. Знаешь же.

Инк насупился, молча отобрал у меня мой рюкзак, оставив мне только «Восьмерку» и Шамрах в ножнах, и кивнул: — Хоть на этом спасибо.

— Не мне. Идемте, — Иншеан скрылся в портале. Мы шагнули следом и оказались в коридоре. Как раз возле приемной БигБосса. Иншеана не было. У-у, значит, в кабинете.

— Сейчас будет жестокое зрелище под названием «оперативники и рапорт», — устало констатировала я, непочтительно сбрасывая оружие в ближайшее кресло. Пистолет вытаскивать не стала. Шея болела просто невыносимо. Игнорировать боль становилось все труднее. Обезболивающего бы! Двойную дозу!

— Выкрутимся, — Инк коротко свистнул. На его призыв мгновенно отозвался ракшас — мелкий демон. Их по офису обычно десятка два носится. Выступают в роли «мальчиков на побегушках». Успешно выступают. Лучше них посыльных нет.

— Да, господа офицеры? — и всегда соблюдают субординацию.

— Оттащи по нашим кабинетам, — Тоаль потянулся и последовал моему примеру — разоружился. Подумал, и снял куртку и шляпу. — Понятно?

— Так точно! — демон схватил в охапку сумку Инка и быстро понесся по коридору. Вообще они и летать умеют, только этим пользуются, когда в офисе народу поболее, нежели два с половиной оперативника и один БигБосс.

«Долго я вас еще ждать буду?!» — очень красноречивая мысль проскочила защиту, словно ее и не было.

Мы обреченно переглянулись и двинулись отчитываться. Сейчас нам дадут по шее. Неважно, что не за что, для профилактики — это святое. Может, попросить, чтобы шею мою оставили в покое хотя бы на этот раз?

Приемная была пуста, в кабинет же мы входили с явной неохотой, оставляя за собой грязные следы. Еще одна особенность анклава — эта грязь в любых условиях засыхает чертовски медленно.

— Рассказывайте, архаровцы, — Кириллош сидел за столом и пристально смотрел на нас.

— С какого момента?

— С момента вашего появления в «Крэче».

— Так точно, — и я начала рапорт, на ходу решая, что рассказывать, а что — нет. Отчитывается всегда старший в паре. Пришлось сочинять…

БигБосс слушал молча. Только при упоминании расплющенного некроманта скривился. Кое-какие мелочи я замолчала — например, то, чем Тимур с Дэнизой на холодном полу занимался. Бой с этой монстреллой вообще сократила до минимума — чего рассказывать-то? А то по мне не видно как драка проходила и чем она закончилась.

— Рапорт окончен, — под конец аж в горле запершило.

— Рапорт принят без поправок, — Кириллош поднялся. — Шея сильно болит?

— Терпимо.

— Платок убери, — в голосе проскочил приказ. Пришлось подчиняться. Да и вдруг в отпуск отправит?

Узрев синяки, он присвистнул: — Ничего себе! — приподнял мою голову за подбородок, рассматривая «произведение вампирьего искусства».

— Как есть, — не глядя, я завязала платок на шлевке джинс.

Кириллош покачал головой: — Неприятная новость — наши врачи не смогут их убрать за короткий срок.

Я едва сдержала ругательство, ограничившись: — Придется водолазки носить. Или в отпуск.

— Не придется, и не пущу! — Иншеан хмыкнул. — Инк, подержи-ка ее.

Тоаль удивленно вскинул брови: — Каким макаром?

— Давай «Сеткой». Не вывернется.

— Эй, — я оттолкнула руку БигБосса, — вы чего?

— Лечить тебя буду. Шея-то твоя спокойно жить тебе не даст, а мне ты нужна в нормальном состоянии.

— А держать-то зачем?

— Болезненно. Вампирша душила на совесть.