– Ты имеешь в виду белый порошок? – спросил Сальваторе, обернувшись и глядя на Энтони.

– Может,– пожал плечами тот.

– Меня он тоже беспокоит,– проговорил Дон и опустился в кресло напротив Вито.– Но оставим пока это дело.– Он протянул руки к огню.– Сейчас я хочу посидеть здесь с моим старым гамба, поболтать, выпить стаканчик вина. Работать будем позже. Когда Франки вернется из Нью-Джерси.

Сальваторе поежился и встал перед камином, стараясь согреть свое тело.

– Холодновато для марта, Вито. Старые кости хотят тепла, а?

Вито согласился.

Энтони кивнул Вито и, обращаясь к Сальваторе, сказал:

– Я зайду позже, босс.

– Оставайся на ленч, Энтони.

– Спасибо, останусь, – ответил консильере и вышел из комнаты.

Когда они остались одни в тускло освещенном кабинете, Сальваторе испытующе поглядел на Вито.

– Ну а тебя что беспокоит? Что тебя заставило приехать сюда утром, Вито? И почему улыбка до ушей?

– Ах, Сальваторе, у меня хорошая новость,– захихикал Вито.– Замечательная новость – сегодня утром звонил Джанни. Из Австралии. Он нашел себе девушку. Какую надо.

– В Австралии? – нахмурил брови Сальваторе.– Австралийку?

– Нет, нет, здесь. То есть она сейчас в Париже, но будет здесь. Джанни сказал мне, что он нашел себе девушку, на которой хочет жениться. И она будет здесь, когда он вернется в апреле.

– Француженка?

– Нет, Сальваторе. Она американка. Хорошая американская девушка. Но она сейчас живет в Париже.

– И поэтому ты так разулыбался, старина? Он нашел себе там хорошую итало-американскую девушку и собирается привезти ее сюда. Боже мой! Не удивительно, что так сияешь. Это и меня радует. Как ее зовут?

– Розалинда. Он ее называет Рози.

– Звучит не по-итальянски. А фамилия?

– Мадиган.

– Мадиган. Она что, ирландка?

– Может, и так, но она католичка. Хорошая девушка, католичка, говорит Джанни...

– Откуда она?

– Из Куинса. Она выросла в Куинсе.

– А что она делает в Париже?– продолжал задавать вопросы Сальваторе, садясь в кресло напротив Вито.

– Она делается одежду.

– Как это?

– То есть, я говорю, она моделирует одежду. Для кино.

– Для этого он и позвонил? Чтобы сказать тебе обо всем?

Лицо Вито расплылось в улыбке. Закивав головой, он сказал:

– Джанни хотел, чтобы ты знал, что Рози скоро приедет. В апреле. Я точно не знаю когда, но скоро приедет. Так он сказал. Он хочет, чтобы мы с ней познакомились. Хочет пойти с нами в шикарный ресторан на Манхэттене. Ага, он этого хочет.

– У него был веселый голос?

– Ага, очень даже веселый. Говорит, на седьмом небе от счастья, и с гастролями все хорошо.

– Когда они заканчиваются?

– В конце месяца. Потом он собирается лететь из Сиднея в Лос-Анджелес. В Нью-Йорке будет в середине апреля.

– Может, к Пасхе? А девушка?

– Тогда же, я тебе говорю.

Сальваторе кивнул и, поднявшись, медленно подошел к маленькому угловому буфету у противоположной стены и достал бутылку красного вина. Открыв ее, он наполнил два стакана и, вернувшись с ними к камину, передал один Вито.

– За Братство! – хором сказали они, как это делали всегда, и чокнулись.

– Джанни, мой сын, sangu de ma sangu, родная кровь,– сказал Сальваторе.– Я хочу, чтобы он был счастлив, женился, нарожал детей. Моих внуков.

– И для меня он sangu de ma sangu, единственный сын моей единственной сестры Джины, царство ей небесное. Я тоже хочу, чтобы он был счастлив.

– Так что нам известно об этой девушке, Розалинде Мадиган? Расскажи подробнее.

– Я больше ничего не знаю, Сальваторе. Джонни мне только это рассказал сегодня утром. Я уже все повторил тебе.

Сальваторе сидел, потягивая красное вино, его выцветшие голубые глаза были задумчивы, властное лицо выражало озабоченность. Наконец он поднял голову и посмотрел на своего верного друга, единственного человека, которому он доверял.

– Из какой она семьи? Кто они? Где живут? Все еще в Куинсе?

– Не знаю,– Пробормотал Вито.– Джонни мне не говорил. Но он собирается жениться на ней, это точно. Он сказал, что купил ей кольцо с большим бриллиантом.

– Тогда нам надо кое-что разузнать о ней, Вито. Пусть этим займется кто-нибудь из наших парней, один из капо. Мы должны все знать о женщине, которую мой сын собирается сделать своей женой.