Света сидела за столом и плакала.

— Родион Иванович, поверьте, я не брала денег.

— Успокойтесь, Света, вас никто не обвиняет. Вспомните, где и как вы хранили ключи?

— В ящике вот этого стола. Я их кладу вот в эту коробочку, а коробочку прячу за бланки. Клянусь, их никто не мог взять. Я бы заметила.

— Когда вы в последний раз открывали сейф?

— Вчера. Я брала печать. Мы с Оксой печатали платежки.

— Ладно. Деньги дайте мне, к сейфу больше не подходите. Пожалуй, и к столу тоже. Вызывайте милицию.

Света потянулась к трубке, но тут телефон зазвонил.

— Вас, Родион Иванович, — позвала Света.

Звонил Абдулло Рахимович. Он подготовил договоры и хотел согласовать их с Родиком.

— У меня тут небольшое чэпэ, — сказал Жмакин. — Я подъеду к вам сам. Если не возражаете, то через час.

— Хоп, Родион Иванович, жду.

Родик повесил трубку и набрал номер.

— Приемная Саидова, — отозвались на другом конце.

— Соедините меня, пожалуйста, с Абдужаллолом Саидовичем, — попросил он.

— Как вас представить?

— Жмакин Родион Иванович.

— Привет, Родик, а я только что о тебе подумал. Как дела? По слухам, ты уже две недели в Душанбе, а мне не звонишь. Я даже обиделся, дорогой.

— Не обижайся. Тут дел навалилось, и еще на четыре дня уезжал с гостями за город. Только вернулся. Как у тебя дела? Как дети? Как Оля?

— Спасибо, все хорошо. Заходи в гости. Оля будет очень рада.

— Да вот хотел напроситься сегодня. Через час буду рядом с тобой в Министерстве транспорта. Там у меня дел на пару часов. Потом могу к тебе заехать. Заходить не буду, пропуск не заказывай. Я тебе снизу звякну.

— Хоп, давай попробуем, если начальство не дернет.

— До встречи, — попрощался Родик и повесил трубку. — Света, отбой. Пока милицию не вызывайте. Попробуем разобраться сами, позвоните и узнайте, приехал ли уже Сергей Викторович, если приехал, извинитесь и попросите его появиться на работе.

Оказалось, что тот добрался до Душанбе рано утром и уже успел поспать. Родик взял трубку и, извинившись, описал ситуацию.

— Конечно, конечно. Не беспокойтесь, Родион Иванович, я и сам собирался на работу. Через пятнадцать минут буду у вас.

— Очень вам благодарен, Сергей Викторович. В четверг и пятницу можете взять отгулы и еще два в любое время.

— Спасибо, обязательно воспользуюсь, но потом. Выезжаю.

В Министерстве транспорта Родик пробыл меньше, чем рассчитывал. Договор был составлен, на удивление, разумно и грамотно. Родик внес незначительные поправки и подписал договор, пообещав произвести оплату в пятницу.

— Хоп, Родион Иванович, будем надеяться, что первая наша операция станет хорошим началом не только деловым отношениям, но и дружбе, — провожая его, сказал Абдулло Рахимович.

— Буду очень рад, если так получится, — заверил Родик. — Ваш стиль работы и вы сами мне очень импонируете. Да, кстати, можно воспользоваться вашим телефоном?

— Конечно. Присаживайтесь за мой стол.

Родик набрал номер Абдужаллола и попросил секретаря соединить. Краем глаза он наблюдал за хозяином кабинета, но тот ничем не выдавал своих эмоций.

— Абдужаллол, ну я освободился. Как у тебя?

— Все отлично, я тоже. Оля нас ждет.

— Я к тебе подъеду минут через пять. Спускайся. Внутрь заходить не буду… Спасибо, — вешая трубку, поблагодарил Родик. — К сожалению, должен спешить.

— Понимаю, — протягивая руку для прощания, откликнулся Абдулло Рахимович. — Кстати, я разобрался с вашими корейцами. Завтра они будут у вас. Если не трудно, свяжитесь со мной после разговора.

— Не стоило так беспокоиться, Абдулло Рахимович. Я привык сам улаживать свои проблемы.

— Никогда не отказывайтесь от дружеской помощи. Мы вас очень уважаем. Здесь наша земля, и если можем помочь, то делаем это от сердца. Вы в Москве, наверное, поступили бы точно так же.

— Конечно, Абдулло Рахимович. Еще раз большое спасибо. Завтра перезвоню.

Когда они подъехали ко входу в большое серое здание сталинской постройки, массивная дверь открылась, и на улицу вышел высокого роста стройный мужчина в темном, застегнутом на все пуговицы костюме. Он приветливо помахал рукой. Родик выскочил из машины и заключил мужчину в объятия.

— Привет, Абдужаллол. Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть. Выглядишь очень хорошо. Не толстеешь — в отличие от меня. Садись вперед. Кстати, познакомься — Сергей Викторович.

— А мы знакомы. Я Сергея Викторовича дольше, чем тебя, знаю. Еще с тех пор, когда он был директором тридцать второго автокомбината.