Условия не просто кабальные, а опасные. Родик, не стесняясь, высказал свое мнение, для примера проанализировав несколько возможных ситуаций.

— Я понимаю, Родион Иванович, — ответил Григорий Михайлович, закуривая очередную сигариллу, — но с чего-то надо начинать. Вы можете сделать то, чего я просто не умею, а я обладаю тем, чего вы будете добиваться несколько лет, а когда добьетесь, это станет никому не нужно. Дополнив друг друга, мы за эти несколько лет сумеем неплохо заработать. Риск, конечно, есть, и исключить его нельзя. Но подумайте.

— Каково ваше мнение о предлагаемом мною направлении деятельности? — поинтересовался Родик, пододвигая стопку подготовленных документов. — Устно могу добавить, что готов рассматривать производство ювелирных изделий.

— Думаю, что в коммерческом плане это интересно, — бегло изучив предложения, заметил Григорий Михайлович. — Насколько я знаю прайсы Лондонской биржи цветных металлов, продажу можно осуществлять по ценам, в пятнадцать-двадцать раз превышающим себестоимость. Вопрос в количествах. Производительность вашей опытной установки, по моему мнению, мала. Я рекомендовал бы вам подумать о продаже самих отходов цветных и редкоземельных металлов. Понимаю, что вы производственник, но привыкайте мыслить коммерчески. Мои замечания, конечно, носят предварительный характер, но хорошо иллюстрируют сказанное ранее. Моя структура плюс ваши товары — и «кабальные условия», как вы выразились, могут превратиться в очень выгодные. Будете осмысливать свое решение — сделайте соответствующий расчет с учетом мировых цен и хотя бы официального курса доллара. Не забудьте налоги и транспортные расходы. Я дам вам исходные данные. При этом не забывайте о том, что вы сможете относительно свободно использовать оставшуюся валютную выручку. Вообще рассматривайте мое предложение более широко. Сегодня — металл, завтра ювелирка, послезавтра — что-то другое. Учтите также, что регулирование внешнеэкономической деятельности стремительно меняется. Могут все запретить, или, наоборот, снять часть ограничений. В первом случае вы окажетесь в уже существующей структуре, а во втором — мы вместе будем готовы к созданию новых схем, а может быть, и предприятий.

— Хорошо, — кивнул Родик. — А как вы представляете себе административно-хозяйственную работу фирмы?

— Родион Иванович, я, наверное, плохо объяснил. Фирма должна быть полностью самоокупаемой. Нужен офис — извольте оплатить аренду, нужен бухгалтер — берите, согласуйте и платите любую зарплату, но сами, хотите личный автомобиль — пожалуйста, но заработайте на него. Конечно, желательно нам занимать одно помещение, но, если это не устраивает или нет средств, то найдем способ координировать совместные действия. Единственное, на что могу пойти, — это поначалу возложить бухгалтерскую работу вашей фирмы на бухгалтерию совместного предприятия, а в будущем размещу вашего бухгалтера в своей бухгалтерии. Однако если прибыль не появится в течение шести месяцев с момента учреждения фирмы, то не обессудьте — придется расстаться.

— Как долго я могу обдумывать ваше предложение, Григорий Михайлович? Дней через десять я почти на месяц уезжаю в дальнюю командировку.

— Решение желательно принять без волокиты, особенно если вы планируете уехать. В случае вашего согласия нам предстоит большая бумажная работа: нужно сделать положение о фирме, утвердить его, издать приказы, принять вас на работу, передать оборудование с баланса на баланс. Кстати, мы не обсудили процедуру покупки или передачи сырья. Придется переоформить имеющиеся договоры на аренду помещений. Если мы осуществим все к вашему возвращению из командировки, это будет большая производственная победа.

— Понятно. Давайте, Григорий Михайлович, договоримся: независимо ни от чего до первого марта я с вами свяжусь и озвучу свое окончательное решение.

— Договорились, Родион Иванович. Если будут какие-нибудь вопросы, то звоните в любое время, не стесняйтесь. Запишите на всякий случай номер моего домашнего телефона. Ложусь спать я поздно. Так что не стесняйтесь. Рад был с вами познакомиться. Надеюсь, ваше решение будет положительным. Давайте, я вас провожу и заодно покажу, что и где у нас в офисе находится…

На улице уже смеркалось. Григорий Михайлович, вероятно, с целью посмотреть, на чем Родик ездит, сопроводил его до машины.

По дороге домой Родик вспомнил, что так и не связался с Душанбе. «Надо ускорить отправку денег», — подумал он. Но, посмотрев на часы, удивился, как быстро прошло время. С учетом часового пояса звонить уже не имело смысла. Поэтому он решил сегодня ничем больше не заниматься, а поехать в одиночестве поужинать в ресторане и в спокойной обстановке постараться осмыслить полученную информацию.

До выезда на выставку в Венесуэлу времени оставалось мало. Уже были сделаны необходимые прививки, стали точно известны дата и время вылета. Юра Розенблат и два новых сотрудника работали каждый день, включая субботы и воскресенья, допоздна. Вещей образовалось так много, что пришлось снять двухкомнатную квартиру. Часть таможенных процедур инспектор, ставший уже близким приятелем Юры, бесплатно проводил прямо там, понимая, что тащить это все в положенное место физически невозможно.

Участвовать в выставке собирались шесть предприятий, из них художественные изделия, помимо Родика, выставлял еще один кооператив. В числе остальных — один центр НТТМ и три государственных учреждения, которые разрабатывали и изготавливали одноместные летательные аппараты и дельтапланы, производили какие-то новые источники света, демонстрировали свои достижения в строительстве и биотехнологиях. Кроме того, с ними собирались ехать два журналиста, которых Родик заподозрил в принадлежности к известной и вездесущей организации. Возглавлял делегацию из девятнадцати человек сотрудник объединения.