По возвращении в Москву я озаботился двумя насущными вещами: подготовкой к встрече Нового года и организацией нашей со Златой поездки куда-нибудь на острова.

Лучше всего – в Таиланд.

Там и довольно бюджетно получается, и вкусно, и комфортно. То, что нужно в нашей с ней непрерывно развивавшейся ситуации.

Ну, а насчет «бюджетно» – я же не Рокфеллер, сами понимаете.

Нет, зарабатываю, в принципе, хорошо. Не только по российским, но и, наверное, по европейским меркам.

Репутация-с.

Но – не миллионер, как ни крути.

Хотя на жизнь хватает.

В том числе и на отдых.

Вот только одна беда: путевки в более или менее приличные места, типа Самуи или Пхукета, были на тот момент давно раскуплены. А тащить свою девочку куда-нибудь в грязную, засранную Патайю мне совершенно не хотелось.

Я уж и всех знакомых на ноги поднял, и Интернет прошерстил, и связи напряг – ничего.

Ноль.

Зироу.

Пустота.

Беда, думаю.

Потеря лица.

Обещал ведь…

…Помощь пришла оттуда, откуда и не ожидал. У Мажорова приятеля дочка неожиданно заболела.

Не было бы счастья, да несчастье помогло, что называется.

Ага.

И в нашем со Златой распоряжении неожиданно оказалось отличное бунгало в не самой дорогой, но вполне комфортабельной гостинице в самом центре города Чавенга на моем любимом острове Самуи.

И Гарри с Али и их семьями в придачу.

Не самая, доложу я вам, дурная компания.

И Злате, опять-таки, с моими друзьями и их женами поближе полезно познакомиться будет.

А что?

Если у нас с ней все срастется – пусть привыкает.

Эти люди – часть моей жизни.

В прошлом и, надеюсь, в будущем тоже.

А значит – тьфу-тьфу-тьфу – и ее жизни тоже.

Такие дела…

…Еще одной проблемой неожиданно стала покупка новогодней елки и всяческих комплектующих.

Игрушек, в смысле.

Сам-то я на эту тему никогда особо не заморачивался.

На хрена?

Праздник для самого себя устраивать как-то неинтересно.

Если только котяру порадовать.

Типа, пусть посидит мальчик, полюбуется.

Но ему-то все эти блестящие штуковины должны быть абсолютно по фигу.

Типа, как рыбе зонтик.

Ага.

Как потом выяснилось, насчет котяры и игрушек я реально косячил.

Они его очень даже заинтересовали.

В первый же день пару штук с елки лапами сбил, сволочь.

Вдребезги.

А потом еще и осколки сожрать попытался, хорошо еще, что я недалеко от этого елового побоища тусовал.

Хрен его иначе знает, чем эта байда могла закончиться.

Стекло все-таки.

Не хухры-мухры…

…Запер кремового разбойника, несмотря на жалобный мяв, в дальней «родительской» комнате, старательно сначала подмел, а потом еще на всякий случай и вымыл пол, перевесил бьющиеся финтифлюшки повыше, чтобы лысая сволочь не допрыгнула.

А потом подумал – и снял их к чертовой матери.

Сложил в ящик, убрал в шкаф, выпустил кота, оделся и побрел покупать небьющиеся.

Есть и такие.

Для тех, у кого есть маленькие дети, я в Интернете недавно вычитал.

А мой кот, по сути, – тот же ребенок.

И один из немногих на этой планете, кого я реально люблю…

…Небьющиеся игрушки, конечно, были чуть менее красивыми.

Зато куда более безопасными.

Ну, да бог с ними.

Что-то я от основной темы отвлекся…

…А основной темой, неожиданно для меня, оказалась обычная зеленая елка.

Казалось бы, что в ней особенного?

А я зашел на елочный базар – и чуть от восторга не задохнулся.

Сразу вспомнил, как мы с отцом в детстве очереди за этим безобразием многочасовые отстаивали.

И покупали в результате, как правило, сразу две – такими они тогда были жидкими и осыпающимися.

Составишь их между собой, свяжешь как следует бечевкой, и вроде ничего.

Стоят.

«Снега» из ваты поверх игрушек набросаешь, гирлянды развесишь, «дождик» из золотистой и серебряной фольги аккуратно расправишь – никто и не заметит, что елочка-то «составная».

Зато – как пахли…

До сих пор помню.

Елки и мандарины – это, по-моему, и есть Новый год.

И еще – хрустящий снег под толстыми подошвами моих детских валенок.