Она сгребла в охапку полотенца и простыни и вышла из комнаты. Рету помедлил — и тоже шагнул за порог. Плюшка припустила за ним. Гальванюс ничуть не расстроился. Более того, похоже, он только обрадовался, что ужин остался с ним наедине.

Лидриэль и Рету спустились на первый этаж Нужно было найти кого-нибудь, кто указал бы, как пройти к ванным.

Попался хозяин, спешащий из кухни в общий зал. Увидев Плюшку на руках у Рету, он замер с раскрытым ртом.

— Хорошенькая, правда? — мило улыбнулась солнечная танцовщица хозяину гостиницы. — Очень, очень дорогая зверушка. Модная. Страдает, что грязная… Ванны освободились?

Хозяин потряс головой, словно отгоняя наваждение.

— И каких только чудес на свете не бывает, — признал он. — Неимоверных денег, похоже, стоит… Бесплатно-то такую красоту ни один ду… никто не возьмет. Ванные, говорите? Увы, все еще заняты.

— Да сколько же можно! — разгневалась Лидриэль. — Так и до утра ждать придется! Плюшечка уже чешется! А если ваши постояльцы всю горячую воду сольют?

— Этого никак не может произойти, светлая госпожа! — уверил хозяин «Буйного кентавра». — В моих ванных холодная вода — проточная, ручей специально отведен от речки, и горячая вода всегда, потому как подогревается на лаве Легионов Проклятых!

— Это как? — хором удивились и Рету, и Лидриэль.

Хозяин скромно (и гордо) потупился.

— Если голова на плечах есть, то любую мелочь в дело можно приспособить. Не буду рассказывать вам подробностей, это долго, но мне удалось уговорить одну Адскую баронессу потерять в «Буйном кентавре» свой жезл. Точнее, вонзить его там, где мне нужно, — и оставить. И теперь я с горячей водой, а заведение мое процветает.

— Ничего подобного в жизни не слышала! — призналась ошарашенная Лидриэль.

А Рету вспомнил, как мчались за ним Адские баронессы, как пылала одна, пронзенная жезлом, — промолчал. Лишь жабку погладил.

Хозяину было приятно удивление постояльцев.

— Вот же голова! — треснул он себя по лбу. — Запамятовал совсем! Там же есть, есть свободная ванная. Маленькая, для гнома, если вдруг какой появится. Вымыть там свою стра… любимицу вы прекрасно сможете. А там и большие ванные освободятся — они же, постояльцы мои, еще и не ужинали. Непременно есть захотят!

— Великолепно! — одобрила Лидриэль. — Нам подходит.

— Вот и чудесно, прошу. Только умоляю вас, миледи, будьте там, у маленькой ванны, и не высовывайтесь наружу, пока эти голово… гости дорогие не уйдут в гостиницу ужинать. Незачем им такую красивую даму лишний раз видеть.

Хозяин пошел вперед, показывая дорогу. Крытым коридором они перешли в другое здание. Выстроено оно было с размахом, при желании можно выкупать и гнома, и кентавра. Мраморные ванные были установлены в отдельных отсеках, теплый пар шел от воды. Перегородки между отсеками не достигали потолка, и все было прекрасно слышно.

Лидриэль проскользнула за указанную дверь. Когда Рету занес жабку, солнечная танцовщица приложила палец к губам, показывая, что нужно помолчать.

За стеной слышался плеск воды и разговор.

Плюшка, создание огненной бездны, к воде относилась с глубоким подозрением. Во всяком случае, мыться она явно не собиралась и забилась под мраморную скамью.

Рету и Лидриэль оставили ее в покое, а сами забрались на скамью, чтобы лучше слышать.

— Но, милорд, — похоже, обращались к археологу Серой гильдии, — зачем было сворачивать всю экспедицию? Раскопки можно продолжить и найти еще много ценного.

— Тупица. И болван. — Голос Гардаруса был каким-то безжизненным — Мы забрались в те развалины строго с одной целью. И искали артефакт Кстукри. А ведь хранитель свитков предупреждал, что за мной следят. И за ходом раскопок следят. И я знаю кто. И ты знаешь.

— Гальванюс с Альберихом опять перешли вам дорогу? — ахнул первый, видимо, слуга — Но зачем?

— Тупица. И болван. — Гардарус не злился, он просто обозначал положение вещей. — Королева Мародеров за эту вещь что хочешь отдаст. И хоть добиться вразумительного рассказа от охранников палатки невозможно, но почерк этой парочки я узнал. Это они — высокий и низенький. Но они не знают, что ключ остался у меня. А я знаю, что люди королевы Мародеров сейчас в Кастре.

— Но как? Милорд? — громко ахнул слуга

— Тупица. И болван. — Вот теперь в безжизненном голосе Гардаруса слышались нотки ехидства. — Ключ светится, когда они вместе с похищенным где-то рядом. И они от меня на этот раз не уйдут. Я с них живьем кожу обдеру. И пущу на перчатки.

Глаза у Лидриэль, услышавшей все это, стали испуганными. Она жалобно глянула на Рету — теперь уже он поднес палец к губам, призывая молчать.

— А почему мы прямо сейчас их не ищем? — спросил слуга