— Это не я придумал, — отмахнулся маг. — И вообще, некоторые вещи иногда дают очень странный эффект. Никогда не слышали о преступнике, разрушившем прекрасный храм? [29]

Бывший контрабандист поперхнулся воздухом:

— Кха… Кх… Разве… разве такое возможно?! — спросил он, отдышавшись. — Об убийствах жрецов приходилось слышать. О кражах из храмов. Но о разрушении?!

— Это несколько тысяч лет назад было, — пояснил Сергей. — Один человек решил прославиться и поджёг очень красивый храм. Правители повелели предать его имя забвению. Это привело к тому, что любого жителя тех мест можно было разбудить среди ночи и спросить, чьё имя он должен забыть, и житель называл имя преступника.

— Это правда? — спросила одна из закутанных в тёмные плащи женщин. — Или это просто красивая сказка?

— Правда, Касси.

— И ты помнишь его имя?

— Геростратом его звали, — хмыкнул дракон.

Спустя пять минут в нижней комнате маяка опять остался только смотритель, мучительно пытавшийся понять, так кого же на самом деле боги сделали его хозяином?

— А я сразу сказал, что не получится!

— А я сразу знал, что не получится!

— А… Опять дразнишься.

— Ага. Кас, даже если удастся хотя бы десяток опытных моряков на корвет набрать, уже хорошо будет.

— Всё надеешься? Не согласятся контрабандисты. Им и так хорошо.

— Может, и хорошо. Но знаешь, люди, бывает, устают. И от постоянного риска — тоже. А тут — всё законно, никто тебя не ловит, войны не предвидится.

— Море — всё равно риск.

Переночевав в Гнезде и оставив там женщин, мы всей мужской частью нашего отряда побежали к злополучному поместью. Сначала по длинному неплохо сохранившемуся тоннелю перебрались на восточную сторону горы. Как раз к месту, где я и хотел поставить — или возродить? — поселение. Там мы немного задержались: всё же будущая главная база клана. Всем хотелось осмотреться получше, поглядеть, как жили раньше, прикинуть, как устроиться сейчас. Мы с братом тоже исключением не стали: бродили между неплохо сохранившимися постройками, заглядывая в тёмные провалы, бывшие когда-то дверями и окнами. Внутрь не заходили — не время, в другой раз.

К вечеру добрались до той злополучной деревеньки, о которой у нас с Касом остались самые неприятные воспоминания. За прошедшие десять лет она слегка разрослась то ли за счёт иммигрантов (скорее всего), то ли за счёт подросшей и отделившейся от родителей молодёжи. Явно не меньше десятка дворов прибавилось. И — все люди. Человеки. Во всяком случае, пока шли к дому старосты, среди выглядывавших из-за плетней физиономий не попалось ни одной, имевшей пусть даже примесь другой крови. И ни одной улыбающейся или хотя бы просто любопытной. Даже дети пялились на нас хмуро, исподлобья. Как будто заранее считали если не врагами, то чем-то вроде абстрактного зла. Буками, приходящими за непослушными малышами, чтобы забрать их от пап с мамами и утащить в… Куда? В тёмный-тёмный страшный лес? В глубокие-глубокие пещеры?.. И куда здешний жрец смотрит, позвольте спросить? Туда же?.. Нет, зря мы эту деревеньку тогда не спалили! Очень зря!

— Кас, можешь связаться с Кастониусом?

— Уже пытаюсь. На ходу не получается.

— Хм-м-м… Ладно, подожди до стоянки.

— Придётся. В деревне заночуем?

— Нет. Не хочу, чтобы в еду гадость какую-нибудь подсыпали. Или в воду. Дальше пройдём.

— А нежить?

— А что нежить? Судя по всему, далеко от поместья она не отходит. Эти же скот держат? Держат. А его пасти надо где-то. В крайнем случае, траву ему приносить.

— Можно ведь и в другой стороне косить.

— Можно… В общем, всё одно дежурить. А я ещё следилку свою держать буду и ловушки поставлю. Если что, отобьёмся.

— Значит, здесь не останавливаемся.

— Значит.

Одинокий скелет выпутался из кустов и неровной, дёргающейся походкой, постукивая костями и поскрипывая суставами, направился в сторону чужаков. Те, построившись клином, на острие которого находился юноша, одетый в белую рубашку с золотой вышивкой по вороту и манжетам, а также в штаны, жилетку и сапоги из чёрной кожи, ждали, время от времени перебрасываясь словами:

— Трава короткая, — заметил молодой человек, стоящий справа и чуть сзади. — В Тар'унхе была длинная.

— Газонная, — отозвался юноша, не отводя взгляда от приближающегося костяка. — Там выродилась, а здесь следят.

— Лич? — подал голос высокий дар'роу из третьего ряда.

— Угу, — буркнул человек. — Сергей, ты уверен?

— Уверен. Ещё пять шагов, и вы отходите… Пошли! — резко скомандовал Сергей, и крылья клина сдвинулись назад и в стороны, оставляя старшего в одиночестве.