– Что ж, если этот вор перестанет меня доставать…

– Поменьше задавайся, великий ученый, – процедил Франк, – потому что обещание насчет языка касается и тебя тоже.

– А я что, я ничего, – заблеял Хантел, – разве ж я не понимаю, просто устал, я вообще не понимаю, почему меня избрали…

– Я тоже не понимаю, почему избран такой сброд, – отрезал Франк. – К тебе это не относится, Кай. Спасители мира… тьфу. Запомнили: вместе. Выжить вы можете, если только будете заодно. Потом, после исполнения миссии, можете хоть сожрать друг друга, мне плевать, но до Серого хребта вы – моя армия. И дисциплина будет армейская. Либо… либо не обижайтесь.

– Конечно, – торопливо поклялся Диль. Франк досадливо повел плечом.

– В твоем послушании я уверен. Проку от тебя, конечно, чуть… но всякий из вас пригодится. Никогда не бывало, чтоб было иначе, ясно?

– Откуда ты знаешь? – хихикнул Илем и увял под огненным взглядом.

– Поверь мне.

– Существуют Серые хроники, – спокойно объяснил Кай. – Мне тоже доводилось их читать… правда, не уверен, что переписчики не вносили в них своих исправлений, как обычно случается с древними манускриптами. Но Франк, вероятно, имел доступ к истинным источникам. Так что я бы ему поверил.

Илем поежился и пробормотал:

– Да ладно… нервные все. Хорошо, Франк, я готов. Вор, в конце концов, действительно может оказаться полезен.

– Однорукий?

– Даже и однорукий, – отозвался Илем, не обращая внимания на высоко поднятую бровь Бирама. – Можешь мне поверить. Франк, мы действительнонужны все?

– Действительно, – уронил Франк. Диль лишний раз подивился тому, насколько же он может быть убедителен: ведь не может такого быть, ведь совершенно очевидно, кто именно нужен, кто именно должен дойти до конца, а веришь.

Впервые в жизни Диль верил в собственную нужность. Целых две минуты после слов Франка.

Тот, видно, это понял и, когда Диль отправился поглубже в лес по естественной надобности, пошел следом.

– С чего ты взял, что это именно она? – ворчливо поинтересовался он, возясь с застежкой штанов. – Жизнь никогда не похожа на сказку. Даже на страшную. На самом деле все всегда проще. Я действительно должен довести вас всех. Не уверен, что получится, потому что такого я… никогда не слышал, чтоб с первых же шагов такая грызня.

– Вы хотите меня подбодрить, – начал было Диль, но Франк снова щелкнул его по лбу. Очень быстро, Диль не успел даже заметить движения, только что штаны расстегивал – и уже лоб горит. И что делать, если язык не проворачивается ему «ты» сказать? – Это чтобы меня подбодрить, я понимаю. Возможно, важна не Лири, возможно, Кай, но не я же.

Франк закончил дела и устало проговорил:

– Чем поклясться? У меня, разумеется, больше информации, потому что я действительно читал истинные Серые хроники, но признаюсь: я знаю далеко не все, что хотел бы. Эта… игра мне непонятна.

– Жестокая игра, если доходят не все, – заметил Диль. – Но кто, кроме богов, может ставить такие условия?

Франк потер лоб, словно сам получил щелчок, и уныло произнес:

–Ну, они от меня хвалы не дождутся. Возиться с этими… Привыкли, что каждый сам за себя. А сейчас нельзя. Понимаешь, Диль, нельзя. Словно и жить не хотят.

Диль поежился. Если нельзя заранее бояться, то почему можно заранее пугать.

– В тебе я уверен, – сказал Франк на обратном пути. – То есть знаю, чего от тебя ждать. В рыцаре тоже сомневаться не приходится. Но остальные… послали же боги спутничков.

– А проводника тоже видит пророк?

Франк помолчал, потом ответил со вздохом:

– Нет. Тут все намного хуже на самом деле. Но не сомневайся, я действительно проводник. И действительно буду защищать вас всеми средствами. Но один никогда не сможет защитить семерых. Потому… продолжай присматривать за принцессой. Если драка, не лезь, проку от тебя все одно не будет, но и ее не пускай. У нее хватит ума вообразить себя великой воительницей, потому что в детстве она, видишь ли, три раза из пяти в мишень попадала… Тебе надо объяснять, что умение пользоваться оружием и умение убивать – совершенно разные вещи? Я так и думал, что не надо.

Когда укладывались спать, Франк распределил дежурства. Очень своеобразно: Бирам, Ори, Кай и он сам. Лири хотела было возмутиться, но Диль удержал. Торговец помалкивал, а Бирам не преминул удивиться: ну ладно принцесса, но почему бродяга и вор будут спокойно спать…

– Потому что за бродягу подежурю я, – оборвал Франк, – а за вора – Кай. Есть возражения?

– И почему мне не стыдно? – пробормотал Илем, сворачиваясь в клубочек в палатке. Диль хотел, чтобы Лири легла между ними, но она отказалась наотрез, хотя Илем, зевнув, объяснил, что на такую у него точно не встанет, а щупать впотьмах попросту нечего. Лири изо всех сил пнула его и, кажется, попала по покалеченной руке, потому что он сдавленно вскрикнул и исхитрился ухватить Лири за горло здоровой рукой. Диль кое-как их унял. Лири утихла быстрее: должно быть, ей стало стыдно, она вряд ли хотела причинить Илему сильную боль.