Мы едва успели сбежать с негостеприимного острова, как прямо из голых скал вверх вдруг полезли аспидно-черные плиты. С этих плит, вытягиваясь, выросли длинные шпили и очень скоро пред нами предстал черный замок, бастионы которого, казалось, подпирают небо.

Мы изумленно взирали на необычайное зрелище, и я услышал, как Мерлин рядом со мной, прошептал:

— А прорыв-то закрылся…но канал силы остался, да еще такой мощный и укрепленный.

— Кто знает, как назывался этот остров? — спросил Ракот.

— Брандей, — ответил Мерлин.

— Я не дам тебе убить его, — прерывающимся голосом заявила Сигрлинн и попыталась закрыть собой Кэсти. Впрочем, он тут же вернул её обратно.

— Да? — заинтересованно произнес парящий рядом Гирикт, — и как же?

— Не знаю как, но не дам, — огрызнулась из-за спины мага волшебница.

— Самое интересное, что я сейчас могу убить и тебя и буду прав.

— Не надо, — сказал Кэсти, — она не виновата ни в чем, отпусти её, я отвечу за все.

— Как трогательно, — восхитился посланец Хаоса, — один готов отдать жизнь, которая, правда, ему уже не принадлежит, за другого! Впрочем, я придумал для вас наказание по заслугам.

— И что ты сделаешь? — осторожно спросила Сигрлинн.

— Уйду, не тронув вас. Доверюсь мнительности Молодых Богов.

— Ты заберешь у меня все силы?

— Нет, но на защиту Хаоса ты, естественно, уже не можешь рассчитывать. В остальном все останется по прежнему.

— С чего вдруг ты такой добрый? — поинтересовалась волшебница.

— Добрый?! — фыркнул Гирикт. — Я не добрый, просто я перекладываю на плечи Молодых Богов ненужную мне грязную работу. Предвижу, что отомстят они жестоко. Предвижу также, что они столь же жестоко в будущем и поплатятся за это. Впрочем, сегодня они как следует подстраховались на этот случай, — тихо добавил посланец Хаоса, — но невдомек им, что долгий отсчет времени до момента их падения — начнется с расправы над тобой.

— За меня отомстят?! А кто?

— А ты подумай сам, кто из вашего Поколения смог бы это сделать?

— Ракот, — пробормотал маг.

Гирикт загадочно улыбнулся.

— Ага, и Хедин! — издевательски бросила Сигрлинн. — Чушь собачья! Для начала Боги не накажут Кэсти, а наградят, ведь именно его участие повернуло битву вспять! А ты… ты просто зол на него, вот и придумываешь нелепые пророчества.

— Да, я зол на него, но самое главное ты все же пропустила, — спокойно ответил Гирикт. — Впрочем, предвижу, что тебе на роду написано пропускать все самое интересное и влипать в немыслимые истории. Во все самые ответственные моменты тебя будут умыкать то твои дружки-любовники, то ещё кто-нибудь!..

— У меня нет дружков-любовников! — вспыхнула волшебница.

— Будут. И ты ещё окажешься на стороне Хаоса, против Богов Упорядоченного. Нескоро, но окажешься, — и обращаясь к Кэсти, — но ты об этом никогда уже не узнаешь. Прощай, бедный, глупый маг.

И Гирикт, помахав на прощание лапками тихо запорхал вдаль.

— Тяжелый случай, — сочувственно-негодующе промолвила Сигрлинн. И тут же добавила, — я паду к ногам Ялини и я вымолю тебя.

— Спасибо, — ощупав себя в поисках повреждений и не найдя их, сказал Абуда.

— Не за что! Не хватало ещё дать погибнуть главному исследователю моей скромной личности, — улыбнулся Кицум.

Оба они находились невдалеке от взметнувшихся из камня твердынь Брандея.

— Что это все значит, — юный маг кивнул в сторону острова, — мы проиграли или выиграли? Где же Молодые Боги? Как это вообще могло случиться? И почему ты не ушел с остальными Древними? Ты не Древний? Кто ты?

— Ну, может, конечно, я и поторопился с твоим спасением, — усмехнулся Кицум, — ты хочешь достать меня вопросами, так же, как и Ямерта?

— Ты веришь, что я говорил с ним?! — восхитился Абуда. — А… а ты точно не Ямерт?

— Та-ак, — протяжно произнес собеседник, — учимся не задавать бесполезных вопросов, а анализировать имеющуюся информацию.

— А много ли мы имеем без вопросов?

— Конечно.

— Ну давай тогда — ты начнешь рассказывать, а я продолжу анализировать.