Вот что пишет Юст * : «Идет „Чайка“ еще глаже и лучше, чем во второе представление; хотя Тригорин — Станиславский играет уже слишком расслабленного и физически и нравственно литератора, а сама Чайка (j’en conviens [2] ) могла бы быть чуточку покрасивее в последнем акте. Но зато Аркадина, Треплев, Маша, Сорин, учитель (одна его коломёнковая пара чего стоит!) и управляющий великолепны, совсем живые люди…» Вот тебе образчик рецензий, какие я получаю * .

У меня в жизни, кажется, переворот: я веду переговоры с Марксом, переговоры эти, кажется, уже кончены, и у меня такое чувство, как будто Святейший синод прислал мне, наконец, развод, после долгого ожидания. Я уже не буду знаться с типографиями! Не буду думать о формате, о цене, о названии книжек!

Москва не отвечает на письма, пиши хоть сто раз. Не знаю, что делать! Даже московские банки не отвечают, не говоря уже о Николае Эфросе, который обращается со мной просто по-свински * .

Если бы все участвующие в «Чайке» снялись в костюмах и гриме и прислали бы мне фотографию, то как бы это было мило с их стороны!

Мне скучно здесь.

Ну, будь здоров, счастлив. Поклонись Екатерине Николаевне.

Твой А. Чехов.

2614. А. Б. ТАРАХОВСКОМУ

29 января 1899 г. Ялта.

29 янв.

Многоуважаемый Абрам Борисович, спасибо за приглашение в «Приазовский край» * ; пообещать ничего не могу, так как, с одной стороны, завален всякими заказами, а с другой — пишу в последнее время немного, не держу даже обещания, которое я дал «Русским ведомостям» * .

Адрес-календарь, конечно, пришлите * . Всё, что мне присылают и пишут из Таганрога, я получаю с большим удовольствием. Получил и фотографии и визитные карточки, и мне даже немножко совестно, что меня так балуют.

В Ялте я пробуду, вероятно, до Пасхи. В Таганроге непременно побываю весной или летом * ; и я охотно бы поселился в Таганроге, если бы там была зима помягче. Вы пишете, что у вас теперь плохая труппа * ; а в Ялте никакой нет труппы.

Желаю Вам всего хорошего и еще раз благодарю сердечно.

Ваш А. Чехов.

На конверте:

Таганрог. Его высокоблагородию Абраму Борисовичу Тараховскому.

2615. И. И. ГОРБУНОВУ-ПОСАДОВУ

31 января 1899 г. Ялта.

31 янв.

Дорогой Иван Иванович, договор с Марксом подписывался в мое отсутствие, я не мог точно написать Вам, в чем, в своих частностях, будут заключаться пункты этого договора. Теперь копия мне прислана * . Вот пункты, касающиеся наших будущих отношений:

…относительно своих будущих произведений я сохраняю «только право обнародования их однократным напечатанием в повременных изданиях или в литературных сборниках с благотворительн<ой> целью, после чего они должны быть передаваемы в полную литерат<урную> собственность А. Ф. Маркса».

Я удостоверяю в договоре, что никому, и в том числе прежним издателям своих сочинений, права на дальнейшееиздание этих сочинений никогда не предоставлял.

5000 рублей неустойки за всякий печатный лист «дальнейшего» издания.

Как видите, в договоре оговорены только дальнейшие проступки против собственности, но ни слова не говорится о том, что уже вышло в свет до подписания договора, т. е. до 26 янв<аря>. Вышеписанные пункты касаются наших дальнейших отношений, но поскольку они определяют их, теперь сказать точно не могу. Будьте добры, повидайтесь с Сергеенко * . В Москве он останавливается в «Бельвю» на Лубянке. Я напишу ему, чтобы он сообщил Вам, где и когда он может повидаться с Вами. Он знает больше меня и расскажет Вам всё и вся.