Мы ехали в Киев с бухты-барахты, всего через два дня после встречи в том кафе. Еще вчера маршрутку, в которой я добирался до издательства у метро «Войковская», подрезал какой-то джигит на «БМВ». Далеко он не уехал: автоматная очередь прямо с пассажирского места, сквозь стекло, и граната в салон. Я не успел понять, какой из реальностей какая секунда принадлежала. Маршрутка даже не остановилась, только задок вильнул от взрывной волны, и пассажиры, превратившиеся в бойцов спецгруппировки «Динамо», едущих на задание из своего Дворца спорта в центр, дружно заржали. На выходе пришлось оплатить разбитую «лобовуху».

Я рассказывал об этом Олесе вполголоса, дабы не пугать соседей. Хотя если послушать подростков на школьной перемене, или каких-нибудь манагеров в курилке, то можно решить, что вокруг – маньяк на киллере сидит и террористом погоняет. Что-то вроде «Я, короче, прорвался в здание, всех, кто там сидел, зачистил, завалил пару прохожих из снайперки для прикола, но в это время какой-то бот из охраны сзади подкрался. А у меня патроны уже на нуле, трупы еще не обшаривал, только в кучу их свалил, в туалете, чтоб внимания не привлекать. Пришлось ножом его истыкать – прикольно, кровь хлещет и стекает по стенам». – «А башку-то можно отрезать?» – «Нет, такой фичи не предусмотрено. Во втором «Postal» прикольней было, можно оторвать голову и пинать ее, как мяч». Так что наша милая беседа скорее смахивала на интеллигентный обзор современной постапокалиптической литературы, нежели на обычный треп любителей компьютерных игр.

Олеся поведала о своих приключениях, особо помянув взрыв «Невского экспресса» и поезда «Грозный – Москва» на 153-м километре Павелецкого направления. Последние два теракта вообще ни в какие ворота не лезли, поскольку были совершены еще до всяких Разборов, в 2007 и 2005 годах. В обоих случаях никто не погиб, словно злоумышленник, – точнее, злоумышленница, – ставила целью не убить кого-то, а не дать ему попасть в место назначения. Я терялся в догадках, переспрашивал девушку несколько раз о мотивах поведения и обстоятельствах дела, но получал одни и те же ответы: «Сама не понимаю», «Так получилось». Лицо при этом оставалось милым и несколько смущенным, словно речь шла о первом бокале вина на школьной вечеринке. Ее контактные линзы, в тон васильковой маечке, будто хранили хозяйку от чужого проницательного взгляда и зеркалили любую попытку проникновения чуть глубже безупречного макияжа. Ровные красивые зубы, длинные вьющиеся волосы – все при ней и, кажется, вот она, девушка-мечта, но необъяснимое, почти звериное чутье предупреждало меня о смутной неявной угрозе. Если попытаться объяснить выражение «пяткой чувствую», то это был именно такой случай.

Ночью проходили границу, и я понял, почему лихая террористка спокойно выбиралась из любых расставленных силков операций «Перехват» и «Вулкан», причем каждый раз на краденом автотранспорте. Широко распахнутые васильковые глаза, улыбка на все 32, случайный наклон за упавшим листком с демонстрацией всяческих достоинств, и при этом абсолютная невинность в каждом движении – украинский инспектор поплыл, забыв о цели визита, и поставил печать не на той стороне миграционной карточки, где следовало бы. Я перестал беспокоиться о завтрашнем визите в «4A Games».

Утром, уже за чашкой кофе в знакомом до боли «Макдоналдсе», я поинтересовался, как она решила действовать.

– Охмурю Сашу Павленко, а там посмотрим.

– Почему именно его?

– Во-первых, он неженатый, а во-вторых – симпатичный и умный. Милашка.

– Не жалко милашку? Обрадуется, а потом – страдать.

– Нет.

– Краткость – сестра таланта. – Вопросов у меня больше не было.

Коротко обсудили тактику поведения и распределение ролей. Помимо расстрелов «БМВ», вчерашний день я потратил на подготовку лжеинтервью, которое брал месяц назад. Теперь оно хранилось в моем нетбуке и требовало уточнений и согласований. Нет, разумеется, я приехал в Киев не только для этого – еще и к родне (у меня тут живет какой-то дядька вместе со своей молодой троюродной сестрой). Она, кстати, фанатка игры «Сталкер» и буквально со слезами на глазах уговорила меня познакомить с легендарными героями-программистами. Всю эту чушь под аккомпанемент бездонных васильковых глаз я выложил Андрею Прохорову, откровенно говоря, не сильно надеясь на успех. Но есть ли в мире хоть один женоненавистник, устоявший перед огромными девичьими глазами, – нет, глазищами, уже влажными от навернувшихся слез? Олесины способны разбудить и угрюмого средневекового палача-евнуха в колпаке и с топором наперевес. Растроганный и прозревший, он разрубил бы ненавистные путы одним движением острого лезвия, сиганул с освобожденной девой на коня и умчался бы от погони навстречу добрым делам и любовным приключениям.

Палач 21-го века предстал в образе «Рэмбо», галантного Андрея Ткаченко, любезно вызвавшегося показать смущенной девушке таинство рождения новой суперигры «Метро 2034».

С появлением сексапильной фанатки обычный рабочий день чисто мужского офиса превратился в неуправляемый хаос. Так бывает, когда кто-то из досужих сотрудников обнаруживает фото коллеги – допустим, главбуха – на сайте знакомств в сопровождении пикантного текста: «Страстная игривая брюнетка 40 лет, замужняя, ищет тигра для регулярных встреч на его территории. Царапаюсь и кусаюсь». Все, день для конторы потерян. Периодические взрывы скабрезного хохота тут и там, таинственные лица менеджеров с печатью тайного знания на челе, долгие посиделки в курилке в обсуждении степени игривости и глубины царапин. В бухгалтерию же вообще никто не заходит во избежание приступа неконтролируемого смеха, и даже священные выплаты по авансовым отчетам переносят на завтрашний день. Появление строгой дамы 40 лет в деловом костюме и с претензиями по поводу несданных счетов-фактур сопровождается окаменелостью лиц и сдавленным прысканьем в кулак. Сегодня с ней все соглашаются, лишь бы поскорее покинула кабинет.

Появление Олеси вызвало мечтательную расслабленность программистской братии «4A Games» и многозначительные присвисты в кулуарах. «Женатый и с детьми» Ткаченко слонялся по офису потерянным: экскурсантка намертво прилипла к Андрюхе «Су-27» и болтала с ним о новой игре, которую она ужасно хочет увидеть, ну хотя бы краешком глаза. Пока я уточнял у Шишковцова детали его биографии, Олеся уже восседала за павленковским монитором, едва касаясь парня плечом, и щебетала всякие милые глупости, приводящие обычно самого черствого сухаря в состояние раскисшего квасного хлебца. Под завистливые взгляды они вышли покурить на улицу, и я потерял их из виду.

Тянуть больше не было возможности. Опрос дизайнерского отдела показал, что девица пошла с этим ловеласом отобедать в торговый центр «Город», что прямо возле метро. Там на втором этаже есть кафе с украинской кухней, где обычно обедают сотрудники. Отблагодарив Профа за сотрудничество и пообещав обязательно прислать ссылку на публикацию, я сбросил Олесе смс-ку с коротким «Жду у входа в метро». Через час мы уже ехали в направлении центра.

– Что в итоге?

– Нормально, – спокойно ответила она. – Вечером идем в кафе.