В офисе Сирота был не один. Невысокий здоровяк Антон «Moloch» Юхименко, знакомый мне по поездке двухлетней давности в Припять, возился с компьютером в просторной прихожей. Мы сердечно поприветствовали друг друга, энергично пожав руки.

«Молодой и радиоактивный», как читалось на футболке, шеф был поглощен созданием очередного сайта. В разговоре мелькали фамилии известных на весь мир музыкантов. Саша пояснил:

– Это наш новый проект. Если получится – будет… будет просто невероятно.

– А как связан ваш проект с Элтоном Джоном?

– Планируется концерт в Припяти, 26 апреля следующего года, на 25-летие аварии. Представляешь себе? Сцена на площади у ДК «Энергетик», огромная лазерная проекция в ночном небе, и на сцене поют Элтон Джон, Боно из «U2», Шина О’Коннор, другие суперзвезды. Трансляция на весь мир, деньги – в благотворительные детские фонды. Черт, если эта идея осуществится, буду считать, что жизнь прожита не зря! – Его глаза пылали огнем фанатика своего дела, невольно зажигая своим энтузиазмом.

– А как же зрители? Как они попадут в Зону?

– Зрителей не будет – только те, кто обеспечивает концерт, работники ЧАЭС, ну и счастливчики, кто добудет пропуска в этот день. Город к массовому скоплению людей не приспособлен.

– А чьим был первоначальный замысел?

– Да, в общем, моим… Вышли мы на пресс-службу Боно, предложили идею концерта, ему понравилось, и понеслась нелегкая. Никогда не думал, что организация концерта такое хлопотное занятие. Бьемся с чиновниками, как с фрицами под Берлином, лбом приходится стены прошибать.

– Боно, Элтон Джон, лазерная проекция Припяти… – мечтательно произнес я. – Саш, а тебе мальчик на побегушках не нужен? Все-все могу делать. Аппаратуру таскать, штативы, сумки с продуктами. Лишь бы одним, так сказать, глазком… Имей в виду, ладно?

Он улыбнулся. Пора было переходить к делу.

– Ситуация у нас не совсем обычная, – начал я. – Нужна индивидуальная поездка в Зону, чем раньше, тем лучше. По местам, отраженным в игре «Сталкер».

– Ты задумал новый путеводитель?

– Нет. Дело в другом. Как бы тебе это сказать… В общем, мы будем искать одну вещь, спрятанную в Зоне. Реально спрятанную. Вещь очень важная для меня и моих знакомых. – Я вкратце описал события последних месяцев, тщательно сглаживая и замалчивая уж совсем неправдоподобные моменты. Надо сказать, чувствуешь себя последним идиотом, рассказывая организатору концерта Боно о параллельной реальности, в поиски которой он должен окунуться. На середине рассказа Антон потерял к беседе всякий интерес и опять уткнулся в свой компьютер. Так я и знал.

– Извини, Артур, мы не занимаемся всякой чертовщиной и поисками исполнителей желаний, – мягко, но твердо ответил Саша. Пришлось идти ва-банк.

– Вот диск, с которого все началось. Ты можешь сам все посмотреть. Только учти, за последствия я не ручаюсь. У вас комп мощный?

– Если обработку видео тянет, значит, мощный, – отстраненным эхом отозвался Молох.

Признаться, я ожидал куда более действенного эффекта. Ребята походили по виртуальной Припяти, похожей на настоящую, как две капли воды, с интересом, но без особых восторгов. Было видно, что их мысли заняты другими, более насущными мыслями. Вентилятор системного блока тем временем сходил с ума от натуги.

– Неплохая игра, неплохая, – оторвал взгляд от монитора Александр. – Никогда не видел такой графики и точности в описании города. Кто автор?

– Прохоров и сотоварищи из «GSC».

– Знаю, знаком с этими ребятами, ездили как-то вместе в Зону. На демонов-искусителей они вроде не похожи. Знаешь что, Артур, мне надо подумать. Первый ответ – нет. Я действительно, без реверансов, очень загружен своей деятельностью. Концерт, выпуск фотоальбома, фотовыставка весной в Москве, и это не считая дел в Припяти. Тем более сейчас, после смены власти в стране, в Зоне происходят пертурбации, меняется начальство, чехарда в ЧИИ. Выбить «индивидуалку», да еще со столькими объектами, очень сложно. А для ваших поисков… извини, конечно, но цель в данном случае не оправдывает затраченных на нее средств. Я так считаю.

Мы сменили тему разговора. Саша показал мне свои владения, в которых, как оказалось, не только работал, но и жил. Наша история, наши судьбы оказались очень похожими. Успешная карьера в строительстве, семья, деньги, постепенное осознание безысходности и бессмысленности существования в режиме «как все», увлечение новым творческим делом, потеря доходов, разрыв с супругой, погружение с головой в новую сферу деятельности, обретение самого себя. Я общался с человеком, интуитивно ощущая, что с ним мы плывем по одной волне. Почему этого я не чувствовал с Олесей? И где черти носят эту самую Олесю? Ее мобильник оставался вне зоны доступа. Дозвонился я уже тогда, когда засобирался на вокзал, к московскому поезду.