Мэлоди не считала себя отчаянной женщиной, но тупиковая ситуация требовала радикальных мер. Надеть в конце ноября короткую юбку — для Мэлоди это был отчаянный поступок.

Теперь, когда она узнала, какое унижение переживал Клейт, когда Виктория сбегала от него в свою квартиру во время их недолгого супружества, Мэлоди поняла его стремление заставить ее сдать в аренду комнаты над рестораном. Клейт не хотел, чтобы повторилась старая история. Приближаясь твердой походкой к столику мужа, Мэлоди была исполнена решимости сочинить свою собственную историю. Правда, Мэлоди вовсе не собиралась привлекать столь многочисленную аудиторию, но в Джаспер-Галче слухи распространялись со скоростью света. Местные парни, первыми поужинавшие у Мэлоди, должно быть, бросились со всех ног в «Крейзи хоре» и разнесли новость. Но поскольку Мэлоди не могла попросить посетителей, заплативших деньги, удалиться, она постаралась, как могла, не обращать на них внимания. Это было не трудно — Клейт притягивал ее, словно пламя — мотылька.

— Привет, любимый! — воскликнула она, останавливаясь возле его стола. — Я очень рада, что ты сумел выбраться. Тебе, конечно, принести то, что ты всегда заказываешь по четвергам?

— Любимый… — пробормотал он несколько растерянно.

— Если ты еще не решил, чего хочешь, я могу для начала принести чашку кофе.

— Мэл! Какого черта ты тут вытворяешь?

Противясь желанию опуститься мужу на колени и дать отдохнуть натруженным ногам, она погладила его по худой щеке.

— Беру у тебя заказ, конечно.

— Я не голоден.

— Значит, только кофе? Я вернусь сию минуту.

— Мэл, постой!

Клейт продолжал ощущать прикосновение ее руки на своей щеке. Проживи он до ста лет, и то вряд ли смог бы забыть, как она обернулась к нему, прекрасная и грациозная, словно веточка ивы.

— Меня зовут Мэлоди, ты помнишь?

— Ну, хорошо, черт возьми, я буду называть тебя Мэлоди! При одном условии.

Она вскинула подведенные брови, скрестила на груди руки, и от этого движения легкая ткань блузки натянулась плотнее. Он увидел край кружевного лифчика. Не требовалось особо богатого воображения, чтобы представить себе то, что скрывалось под ним.

— Какое условие? — спросила она.

Клейт стащил с себя куртку и накинул ей на плечи.

— Чтобы ты надела вот это.

Звякнул колокольчик, и Клейт ощутил сквозняк от открываемой входной двери, но он не мог оторвать глаз от Мэлоди.

— Хорошо, Клейт, — ответила она, внезапно смутившись. — Но, прежде чем ты еще что-нибудь скажешь, выслушай меня. Видишь ли, всему, что я сегодня сделала, есть свое объяснение. Я хотела посмотреть…

— Привет, милый. Я вернулась.

В ресторане воцарилось молчание. Клейт не успел пошевелиться, как услышал шорох шелка. Что-то промелькнуло у него перед глазами, и в следующий миг его крепко целовали в губы…

Виктория!

Мэлоди отпрянула. Если бы вскочивший Вайет не поддержал ее, она упала бы на пол с высоты своих туфель на платформе. Почувствовав на плече руку брата, Мэлоди немного пришла в себя.

К ее глазам внезапно подступили слезы. Мэлоди успела забыть, какая Виктория высокая, стройная, изысканно красивая. Ее густые каштановые волосы, должно быть, были уложены в одном из самых дорогих парикмахерских салонов страны. Пальто ее стоило много дороже, чем месячная выручка Мэлоди. Кожа у Виктории была безупречно гладкой.

— Как давно мы не виделись, милый.

Клейт не видел Виктории и не имел от нее никаких известий с того дня, как она высадила Хейли на крыльце его дома в самом начале весны. Он насупился. Умела же эта женщина появляться не вовремя!

— Виктория, — проскрипел он, — какого черта ты здесь делаешь?

— Я решила нагрянуть неожиданно. Я скучала по тебе, милый!

Может быть, когда-то он и клюнул бы на ее сладкую улыбку и невинный вид, но только не сегодня.

— А как насчет Хейли?

— Разумеется, я скучала и по Хейли. У меня вся машина забита рождественскими подарками. — Она бросила через плечо взгляд на Мэлоди и сказала, взмахнув ресницами: — Знаю, напрасно ожидать, что в подобной лавчонке в декабре найдутся лимоны, но, может быть, ты попросишь здешнюю кухонную красотку принести нам два бокала чая со льдом?

Все посетители ресторана затаили дыхание. И Клейт услышал, как Клетус и Вайет одновременно пробормотали одно и то же слово из четырех букв. Клейт прищурился и уже собрался высказать Виктории все, что о ней думает, как легкое прикосновение пальчиков Мэлоди к его руке удержало Клейта — в самый последний момент.

Мэлоди сбросила с себя куртку и громко сказала:

— Сядь, пожалуйста, Виктория. Сейчас я принесу то, что ты просишь.

Люк и Вайет освободили стол, и Виктория с притворной скромностью опустилась на ближайший стул. Мэлоди, как во сне, направилась на кухню. Через минуту туда же вошла Лоэтта.

— Не собираешься же ты ее обслуживать!

Ухватившись за край стола, Мэлоди пыталась принять решение. Все шло так хорошо! Неужели теперь она проиграет, и проиграет окончательно?