— Скоро потащим его вниз, — сказала она. — Доктор Баск спустит с нас шкуру, если мы его там заморозим.

— Ну да. — Ньюкирк махнул рукой. — Но как только мы его спустим, подняться придется кому-то из нас.

Дэрин пожала плечами.

— Лучше, чем караулить яйца.

— По крайней мере, рядом с ними тепло!

— Вы бы и сейчас там сидели, мистер Ньюкирк, если бы нормально следили за температурой!

— Я же не виноват, что мы застряли на этом айсберге!

— На леднике, дурачина!

Ньюкирк пробормотал какое-то ругательство, резко развернулся и ушел, громко топая по спинной чешуе кита. Мичман утверждал, что во всем виновата доктор Барлоу, которая не объяснила разницу между температурой по Цельсию и Фаренгейту. Но факт оставался фактом — несколько яиц погибло именно в его вахту.

Дэрин уже открыла рот, чтобы окликнуть его, собираясь извиниться, но передумала. Вместо этого она подняла к глазам бинокль, присматриваясь к тому, что происходило на машинных палубах.

Передние направляющие двигатели «Левиафана» располагались симметрично по бокам, выдаваясь над корпусом, как пара выпученных глаз. Остатки прежних моторов уже убрали, и теперь их место занимали громоздкие агрегаты жестянщиков. Дэрин увидела Алека — он трудился над одним двигателем вместе с Хоффманом и мистером Херстом, главным корабельным инженером.

Они оживленно беседовали, размахивая руками в холодном воздухе.

Вообще, дело шло медленно. Около полудня на пробу запустили второй двигатель, который монтировали Клопп и Бауэр. Несколько секунд мембрана дрожала под ногами Дэрин, а потом раздались треск, скрежет — и двигатель заглох. Следующие несколько часов жестянщики провели, выковыривая из мотора какие-то обгорелые железки.

Дэрин подняла бинокль повыше и окинула взглядом горизонт. После атаки «кондоров» прошло уже больше суток. Без всяких сомнений, германцы вот-вот появятся здесь. Пара-тройка аэропланов-разведчиков уже мелькали над горами, но не приближались — видно, просто хотели удостовериться, что «Левиафан» все еще на месте. Наверняка немцы задерживались только потому, что копили силы. Враг мог появиться в любую минуту.

Взгляд Дэрин снова остановился на Алеке. Некоторое время она наблюдала, как мальчик переводит что-то Хоффману, указывая на верхнюю часть двигателя. Дэрин улыбалась, представляя его голос. Затем опустила бинокль и выругалась. Хватит думать о ерунде! Она солдат, а не какая-то девчонка, крутящая подолом на деревенских танцульках.

— Мистер Шарп! — раздался издалека крик Ньюкирка. — У Ригби проблемы!

Дэрин быстро подняла голову. Ньюкирк бежал назад, с медузы свисала, трепеща в воздухе, желтая матерчатая лента — знак тревоги. А Ригби семафорил флажками, передавая сообщение. Флажки летали так быстро, что Дэрин пропустила начало, но смысл очень скоро стал ясен:

— …С 3-А-П-А-Д-А… В-О-С-Е-М-Ь Н-О-Г… Р-А-3-В-Е-Д-Ч-И-К-И…

Дэрин нахмурилась. Верно ли она поняла сигналы? «Ноги», конечно, означали шагоход. Но шагающая машина на восьми ногах не упоминалась ни в одном справочнике. Даже самые огромные дредноуты жестянщиков передвигались на шести ногах.

К тому же тут Швейцария — нейтральная территория! Неужели германцы осмелятся сюда вторгнуться?

Но Ригби повторял сигналы снова и снова — никакой ошибки. К последнему сообщению добавилась новая информация:

— О-К-О-Л-О Д-Е-С-Я-Т-И М-И-Л-Ь… И-Д-Е-Т О-Ч-Е-Н-Ь Б-Ы-С-Т-Р-О…

Дэрин сосредоточилась. Настало время действовать.

— Вы можете спустить Ригби без моей помощи, мистер Ньюкирк? — крикнула она.

— Ну да… Что с ним?

— Не с ним! Проклятые жестянщики на подходе. Они приближаются по земле! Надо поднять тревогу!

Дэрин выхватила свисток и сыграла сигнал вражеского нападения. Ближайшая водородная ищейка тут же подхватила его воем, за ней — другие. Тревожный звук, похожий на завывание сирен, распространялся от ищейки к ищейке по живой цепочке, пока не охватил весь корабль. Дэрин огляделась в поисках офицера и увидела мистера Роланда — он бежал по хребту в ее сторону.

— Докладывайте, мистер Шарп!

Дэрин указала наверх.

— Там боцман, сэр. Он передает, что приближается еще один шагоход!

— Мистер Ригби? Какого черта он делает в воздухе?!

— Он настаивал, сэр, — ответила Дэрин. — Он утверждает, что у шагохода восемь ног. Я проверил сообщение дважды.

— Восемь? — повторил мистер Роланд. — Так это же по меньшей мере крейсер!

— Да, он большой. Мистер Ригби заметил его за десять миль.

— Что ж, нам повезло. Крупные шагоходы малоподвижны. Унас в запасе не меньше часа.

Офицер повернулся и щелкнул пальцами, подзывая вестовую ящерицу.