Кейси была необычайно тронута заботой ребенка. Действительно, ее левая лодыжка распухла и нещадно болела, но доктор объявил, что это всего лишь растяжение связок.

— О-о-чень-очень осторожно. – Тори захихикала.

— Глупенькая, я это знаю. Кейси смилостивилась.

— По правде сказать, Джулия принесла мне свои ботинки для верховой езды. Они больше моих и к тому же на шнуровке. Мне не нужно будет надевать свою обувь.

— И все-таки мне не верится, что ты это серьезно.

В глубине души Кейси понимала, что девочка права, но не позволила этой мысли как следует укрепиться в сознании. Она настроилась на выступление, наклонилась и принялась забинтовывать лодыжку.

— Нога болит не слишком сильно.

“Не так сильно, как мое сердце”. Кейси подняла голову и поймала взгляд девочки, не сводившей с нее глаз. “Боже мой, как же больно”. Находиться рядом со своим ребенком так близко, но не сметь сказать дочери правду.

— Тебе нужна какая-нибудь помощь? — спросил Джон, появляясь из бокового прохода.

Обрадовавшись на этот раз его появлению, она перевела взгляд на него и не удержалась от колкости:

— Ты мне и так уже помог, большое спасибо.

Он мельком взглянул на нее и ухмыльнулся. “Он отлично знает, что делает со мной”. Кейси с ужасом почувствовала, как лицо заливает густой румянец.

— Она собирается надеть ботинки Джулии, — с серьезным видом сообщила Тори, повернув голову к Джону.

Джон подмигнул малышке.

— Так что, она еще не передумала выступать?

— Вы двое разговариваете так, будто меня здесь нет. Почему бы вам не поинтересоваться моим мнением?

— Так ты и вправду не передумала? Тебе нельзя выступать, ты это знаешь?

— Да что ты говоришь!

— По крайней мере, позволь мне как следует наложить повязку. — Прежде чем она успела возразить, он опустился на колени и отобрал у нее бинты. — Ты все делаешь не так.

Расстроенная Кейси не смогла ответить. Она понимала, что ведет себя глупо, но рядом стояла Тори, наблюдая за ними обоими. Ссутулившийся Джон выглядел странно уязвимым, стоя перед ней на коленях. Ей захотелось протянуть руку и погладить его по голове, запутаться пальцами в его волосах. Кейси чувствовала, какие опытные у него руки, и все же едва заметно дернулась, когда он коснулся подъема ее ноги еще раз.

— Я сделал тебе больно?

— Нет-нет. Все хорошо. — Она едва могла говорить. Джон продолжил работу. Ведь знала же, что столкнется с ним лицом к лицу. Она не должна так бурно реагировать, особенно в присутствии Тори.

— Думаю, что смогу обуться самостоятельно, — твердо сказала Кейси. Она взяла ботинок Джулии из рук Джона и осторожно стала натягивать на повязку, едва заметно вздрагивая.

— Конечно. — Джон не стал возражать и посторонился.

Закончив обуваться, она придержала спинку стула и выпрямилась, затем оттолкнула ее от себя и проверила, можно ли опираться на больную ногу. Лодыжка болела не слишком сильно.

Дейв подвел к ней Дримчейзера.

— А вот и твоя шляпка, Кейси. — Тори вручила ей черную шляпу и ободряюще улыбнулась.

Кейси деловито натянула черные кожаные перчатки.

— Думаю, вы забыли еще кое-что, мэм.

Кейси подняла взгляд. В одной руке Джон держал красную розу, в другой — длинную шляпную булавку.

— Это еще что?

— Прошу тебя, не отказывайся, — тихо попросил Джон, скрывая смущенную усмешку. — То есть я хочу сказать, что хотел бы приколоть этот бутон к твоему костюму. Тори слишком маленькая для этого, она смогла бы закрепить цветок только на твоем колене.

— И вовсе нет! — возмутилась Тори.

— Да!

У Кейси не было сил смотреть, как они поддразнивают друг друга.

— Поторопись.

Джон приблизился, все еще усмехаясь. Он коснулся отворота ее костюма, закрепил розу и выпрямился.

— Выглядит совсем неплохо. — Голос Джона изменился, заметно став ниже. — Я подсажу тебя, — предложил он.

— Не надо. Дейв подсадит, — грубо ответила Кейси. Она повернулась к конюху, который откровенно забавлялся. Что это творится с Тори и Дейвом? Оба выглядели довольными, словно пара котов, объевшихся мышей.

Глава 6

Кейси сдержала слово и выиграла минувшим вечером предварительное пятиэтапное соревнование среди женщин. Сейчас Джон наблюдал за ней сквозь полуприкрытые веки, небрежно забросив руки за голову и вытянув перед собой длинные ноги. Он видел ее великолепные темно-рыжие волосы, стянутые на затылке в изящный узел, подчеркивающий высокие скулы и четкую линию подбородка. “Упрямую линию подбородка”, — поправил он лениво бродящие мысли.