– А вы что же, господин Самойлов, переключились на сантехнические работы? – стараясь копировать интонации Сэма, ехидно спросил Жора.

– Для кого сантехнические, а для кого и изыскательские, – не менее ехидно отвечал Сэм. – Дело в данный момент не во мне, а в вас. Какого черта ты сюда приперся? Чего тебе тут нужно, урод?

– Позвольте, Михаил, я ему врежу? – обратился к Сэму Толик.

– Разрешаю, – снисходительным тоном отозвался тот.

– Эй, вы чего? – вступила доселе молчавшая Бланка. – Не смей, Анатолий!

Но прыщавый, видимо, чувствуя поддержку старшего товарища, картинно занес кулак. Однако Жора !не стал ждать и врезал первым. Толик качнулся, ударился спиной о кузов машины. Он вытаращенными глазами, непонимающе уставился на Жору, потом набычился, вновь готовый к бою. Бланка попыталась I встать между ними, но прыщавый оттолкнул ее, и девушка едва не упала. – Ты бы полегче, – предостерег Сэм, обращаясь к своему клеврету, но тот уже ничего не слышал. Он рванулся к Жоре, не разбирая дороги и совершенно забыв об обороне. Драться он явно не умел. Новый удар. Прыщавый рухнул на асфальт и на этот раз так и остался лежать на нем.

– Один – ноль в мою пользу, – сказал Жора. – Кто следующий? Ты, что ли?

– Убери руки, придурок! – попятившись, произнес Сэм. – И вали отсюда. – Он подошел к прыщавому, копошившемуся на асфальте.

– Вставай, братан Толя. Сегодня матч закончился не в твою пользу, ну а завтра посмотрим. Он тебя не слишком покалечил?

Прыщавый сплюнул кровь и потер затылок. На Жору он старался не смотреть. Однако дальше произошло то, что несколько озадачило нашего героя. Бланка кинулась к прыщавому. Парень, похоже, смутился значительно больше, чем после драки.

«Эге, – подумал Жора, – ярость этого Толика вызвана не столько появлением конкурента, сколько предполагаемого соперника, то есть меня». Он улыбнулся. Девушка тем временем внимательно осмотрела видимые повреждения, нанесенные Толику, поняла: опасности для жизни они не представляют, и повернулась к Жоре:

– Зачем вы так... жестоко? Наш герой хмыкнул:

– Он же сам полез...

– Мало ли что сам... Вы старше, да и физически сильнее...

Сэм и Толик между тем молча уселись в автомобиль, заработал двигатель, и они уехали.

Жора стоял в нерешительности, не зная, как себя вести дальше. Вот тебе и союзница. У нее, видать, с этим Толей роман. А он-то, дурак, решил поселить ее у Любы. Теперь все разговоры будут известны этим...

– Ты с этим прыщавым парнем... э... дружишь? – спросил Жора.

– С Толиком?.. С чего вы взяли?

– Да как же... Так пылко бросилась исследовать его раны... Вот я и подумал...

– Да вы что?! Ничего подобного! Просто я такой человек... Всегда мне обиженных жалко. А Толик?.. Он такой... За самоуверенностью и крутизной прячется нежная и легкоранимая душа.

– Ты уверена? Да ведь он же тебя кинул.

– Мало ли что... кинул. Может, вовсе и не кинул. А если и кинул, так не он, а тот... как вы его назвали... Сэм.

– При чем тут Сэм? Ты его сегодня в первый раз увидела.

– Это он Тольку с панталыку сбил. Я уверена. Жора с сомнением взирал на Бланку. Ответом ему был чистый, невинный взгляд.

«Ох, темна женская душа, – подумал он. – Даже у этой пигалицы притворства хоть отбавляй. Ладно. «Будем посмотреть».

– Ты остаешься, – скорее утвердительно, чем вопросительно произнес он. – Зайди внутрь, глянь на их деятельность.

– Да, конечно, – охотно согласилась Бланка и шагнула к незатворенным воротам.

«Что же теперь? – кумекал Жора. – Куда податься? Нужно потолковать с Сергеем. А где его искать? Конечно же, в музее».

И он пошел в музей.

Возле здания стояла знакомая «Ауди». Значит, эти «головорезы» приехали на переговоры. Жора зашел в противоположный подъезд жилого дома и стал ждать. Минут через пятнадцать парочка вышла, оживленно разговаривая и жестикулируя. Слов он не слышал, однако по лицам понял: они возбуждены и, похоже, озадачены. Дождавшись, когда «Ауди» отъедет, он зашагал в музей.

Сергей сидел в своем кабинете, глубоко задумавшись. Увидев Жору, он молча кивнул на стул, стоявший напротив.

– Ну и как? – спросил Жора.

– Отступать они не собираются. Говорят: «Хоть в милицию обращайся, хоть куда. Мы это дело доведем до конца. Есть ли там клад, нет ли, до места все равно докопаемся. Докопаемся и проверим. Терять нам нечего, отступать тоже некуда. Деньги вбуханы немалые. Ежели турнут: полнейшее банкротство. Хочешь, – говорит этот Сэм, – сейчас дадим отступного... Или потом поделимся найденным».