– Да кто ж теперь ответит. Это старый солдат. Древний...

– Ага. Так это его саблю вы приволокли?

– И саблю, и шпоры, и пистоль...

– Интересно, какого хрена ему тут было нужно? – пробормотал себе под нос Жбан. – И кто его замочил?

«Наверное, такие же придурки, как и ты», – подумал про себя Толик, однако мысль свою, во избежание неприятностей, не озвучил.

– Ну, насмотрелся? – насмешливо спросил у Жбана Сэм, кивая на скелет.

– Ага, – невозмутимо произнес тот и неожиданно добавил: – Все там будем.

– Точно, – хмыкнул Сэм. – Только одни раньше, а другие позже.

– Это ты к чему?

– Просто на ум пришло.

– А я думал: намекаешь.

– Какие уж тут намеки. Все и так предельно ясно.

– Не въезжаю я, о чем ты базаришь? – с угрозой в голосе произнес Жбан. – Может, мочкануть хочешь и в подвалах этих заховать, как того солдатика? Не выйдет, братан! – Жбан задрал спортивную куртку и посветил фонарем. На поясе, в самодельной кабуре висел большой черный пистолет. – Видал, сучара?! Я сам кого хочешь мочкану. Причем безо всяких разборок. – Жбан вытащил пистолет и передернул затвор. – Ну, что, уроды, кого первого? – Он направил ствол в сторону Толика. – Тебя, что ли, прыщ?

Толик в испуге попятился, но Сэм не особенно испугался. Он понимал: Жбан просто берет их на испуг. Убивать их сейчас ему не было никакой выгоды.

– Кончай! – прикрикнул он на бандита. – Чего «пушкой» размахался?! Тебя сюда зачем взяли?

– Не понял?

– Зачем, говорю, с нами пошел?

– Для контроля. Своими глазами хочу убедиться, чего вы тут нарыли.

– Ну, так смотри. А жути нагонять нечего.

Жбан насупился, отчего лицо его и вовсе стало похоже на круглый булыжник, спрятал пистолет и буркнул:

– Ладно, канаем дальше. Только в другой раз предъявы не кидайте, фильтруйте базар...

Вскоре в свете фонарей возникла железная дверца.

– Это чего? – поинтересовался бандит.

– Что за ней, мы не знаем, – отозвался Сэм.

– Может, золото?

– Очень возможно. Но открыть ее без автогена весьма проблематично.

Жбан подошел к дверце вплотную и, светя фонарем, стал внимательно ее изучать, потом постучал по стальной поверхности костяшками пальцев.

– Капитальная работа, – признал он. – На века! И что характерно: ни единой дырки.

– Какой дырки? – не понял Толик.

– Для ключа. Но нет таких дверей, которые бы я не открыл. С автогеном мудохаться только... Я знаю один проверенный способ. Ни один запор не устоит!

Он достал из пакета продолговатый брусок округлой формы – толовую шашку. Вставил в шашку кусок шнура и достал зажигалку... Шнур зашипел, заискрился... Жбан положил шашку возле двери и кинулся в обратном направлении.

– Ты чего делаешь?! – заорал Сэм. – Обвал хочешь устроить?! – Однако пустился следом за Жбаном. Троица забежала за поворот и бросилась наземь.

Ожидание взрыва показалось Толику бесконечным. Он прикрыл голову руками, вжался лицом в пол и постарался думать о чем-нибудь приятном. В голове тут же возник образ Бланки. Сэм, так же сцепив ладони на макушке, кумекал о том, что скрывается за дверью. Ему грезились сундуки с золотом. О чем мыслил Жбан, да и мыслил ли вообще, так и осталось неизвестным.

Рвануло так, что с потолка посыпались куски кирпича. Следом их обдало мощной волной пыли и гари. Исследователи полежали на полу еще с минуту, потом протерли глаза, откашлялись и пошли назад, но тут же, пораженные, остановились. Навстречу им двигался плотный серый поток. Крысы! Маленькие серые зверьки с голыми хвостами, непрерывно пища, сновали у них под ногами, цеплялись за штанины, пытаясь подняться выше. Жбан опомнился первым. Громко матюкнувшись, он ударом башмака раздавил одну из крыс. Та взвизгнула, как ушибленный ребенок, и беспомощно засучила лапками. Жбан в восторге заржал.

– Идиот! – обругал его Сэм. – Зачем ты это сделал?

– А чего они... – И Жбан стал неуклюже подрыгивать на месте, стараясь прикончить еще одну серую тварь. Однако на этот раз зверьки оказались проворнее. Они ловко уворачивались от ступней Жбана и бежали прочь.

– Откуда здесь крысы? – спросил вслух Сэм, обращаясь скорее к самому себе, чем к спутникам. – Вроде раньше не видно было.

– Поджидали удобного случая, чтобы выйти на сцену, – неуклюже сострил Толик.

– На какую, на хрен, сцену?! Что ты несешь, придурок?! – заорал Жбан. – Тут тебе театр, что ли?

Толик хотел достойно возразить тупому парню, но, взглянув на его обритую голову, решил пока воздержаться.

Они подошли к тому месту, которое раньше перекрывала дверца. Она была сорвана с петель, покорежена и валялась поодаль. Сам же проход несколько пострадал от взрыва. Он стал больше, хотя оказался частично завален кирпичом и щебнем.

Поток крыс значительно уменьшился. Теперь лишь одиночные представители семейства грызунов вопросительно таращили на пришельцев черные бусинки глаз, не понимая, что им тут надо.