— Хорошо, до половины девятого, — проговорила она быстро и, не давая ему ни ответить, ни удержать ее, выскочила из машины и со всех ног побежала к дому.

Ливень обрушился ей на голову, сразу промочив до нитки, но она была даже благодарна этому. Прохладная вода всегда помогала ей прийти в себя. Когда Стефи взбежала на крыльцо, она чувствовала себя лучше, чем последние несколько часов.

Девушка не стала смотреть, как отъезжает машина. Она сразу прошла в ванную и стала снимать с себя мокрую одежду. Потом она приняла душ и отправилась в комнату. Проглотив таблетку аспирина, Стефи села на кровать и задумалась.

— Мне надо прилечь, — вслух сказала она себе через несколько минут и залезла под одеяло.

Когда Стефи проснулась, на часах было без четверти восемь. Она с удивлением обнаружила, что чувствует себя превосходно, и спрыгнула на пол. Надев халат, девушка причесала спутанные волосы и открыла гардероб.

Тут она поняла, что костюма, подходящего для визита к Уилонгби, в ее распоряжении нет.

Почему он не предупредил меня днем? — подумала Стефани с горечью. Тогда я могла бы взять у Люка какие-нибудь драгоценности, а платье одолжить в магазине его жены.

Но думать об этом было уже поздно. Стефи залезла в шкаф, вытащила оттуда всю свою приличную одежду, положила ее на кровать и стала думать.

Через двадцать минут она была уже одета в золотистую шелковую блузку в тон волосам и коже, элегантные светлые брюки и простые, но изящные туфли на невысоком каблуке. Она подошла к зеркалу, критически себя оглядела, потом слегка подкрасила ресницы, нанесла на веки золотистые тени, а губы подвела розовато-бежевой помадой. Она снова посмотрела в зеркало и произнесла, обращаясь к отражающемуся там стройному золотистому видению с тонкой талией и гордой линией шеи:

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Клайв уже подъехал — она увидела его машину из окна, так что пора было выходить. Стефи схватила свою самую приличную сумочку, еще раз мельком глянула в зеркало, потом брызнула на себя дорогими духами — подарком одного из поклонников — и, гадая, нравится ли мистеру Стэнворду цитрусовый запах, выбежала за дверь.

Гроза уже давно кончилась, и в ясном голубом небе горели последние лучи заходящего солнца. В воздухе была разлита такая свежесть, что девушка остановилась и несколько раз глубоко вдохнула опьяняющий запах моря, эвкалиптов и озона. Просто не верилось, что еще пару часов назад она умирала от нехватки воздуха.

Стефи увидела, как Клайв, весь в черном, похожий на воина какого-то неведомого государства, вышел из машины. Подойдя, он окинул ее восхищенным взором, поцеловал ей руку и заметил:

— Теперь я понял, что ты напоминаешь мне чайную розу, одну из тех, что выращивала моя мама. У них были ужасно длинные и острые шипы, но сами цветы горделиво сияли под солнцем, похожие на живой огонь. В детстве я мог часами сидеть в саду и смотреть на них. Они были для меня воплощением красоты.

Стефи стояла, молча глядя на него широко открытыми глазами. Она была в который раз поражена совершенством его фигуры и его сокрушительным мужским обаянием.

Клайв улыбнулся ей довольно порочной улыбкой и сказал:

— Если ты будешь так на меня смотреть, я вынужден буду взять тебя на руки и отнести обратно в дом.

Сейчас его голос был глубоким и низким, и его звук отдавался в каждой клеточке ее тела. У Стефи мгновенно пересохло во рту, она силилась придумать хоть какую-нибудь фразу, чтобы разрядить обстановку, но слова не приходили в голову.

— Но в этом случае Уилонгби никогда больше не пустит нас в свое шикарное заведение, а это будет обидно, — прибавил Клайв уже вполне нормальным тоном.

— Да, — проговорила Стефани, с трудом шевеля губами.

Стэнворд взял ее под руку, подвел к машине и открыл перед ней дверь. Она села, наблюдая через лобовое стекло, как он своей легкой походкой обходит машину. В этом костюме он выглядел так немыслимо элегантно, что напоминал то ли киноактера, то ли манекенщика. Всем своим обликом он был похож на классический персонаж тайных женских мечтаний — романтический, как рыцарь времен короля Артура, и при этом чувственный, как герой-любовник из итальянской оперы.

Черт, сказала себе Стефи, немедленно возьми себя в руки, иначе это плохо для тебя кончится. Если ты потеряешь голову, ты потеряешь саму себя.

Клайв сел за руль и завел мотор.

— Ты здесь на работе или просто отдыхаешь? — спросила Стефани, когда они выехали на дорогу. Она посчитала нужным поддерживать беседу. Молчание сводило ее с ума.

— На работе, — ответил он коротко.

— Ходят слухи, что у тебя переговоры с китайцами, — продолжила девушка. — Это правда?