— Ты слышал, что шеф в понедельник сказал? Каждый исхитряется, как может, — но чтобы заказ — был! Мы исхитрились, теперь пусть кто-нибудь исхитрится так, чтобы Интернет везде заработал!

— А может быть, стоит для начала провайдеру позвонить, а уже потом меня убивать? — бочком отступая к распахнутой двери в коридор, поинтересовался Шурик.

— Звонили уже! И компьютеры перезагружали! И все провода потрогали, погладили, даже колыбельную им спели! Не помогло.

— Воображаю себе эту колыбельную, — хмыкнул Даниил Юрьевич. — Жаль, что Лёва в городе, для полного армагеддона нам сейчас не хватает только его.

— Слушайте, у вас что, с Интернетом нелады? — внезапно вмешался в разговор ротозей-подмастерье (и, естественно, чуть не сел в ведро с цементом). — Я могу посмотреть.

— Вот тогда нам уже и Лёва не понадобится, — мрачно покачал головой Даниил Юрьевич. — Парень, ты посмотри, что ты наделал. Это вот что у тебя?

— Это — моя роковая ошибка. Я пока не знаю, как её исправить. Но с Интернетом разобраться, скорее всего, смогу, — самоуверенно заявил подмастерье.

— Он может, он у нас такой, — неожиданно подтвердил бригадир.

Покуда ремонтник-недотёпа сосредоточенно исследовал местную технику, жизнь в офисе как-то постепенно начала обустраиваться. А когда парень обнаружил и устранил проблему — и вовсе пошла на лад.

— Я вам не буду долго объяснять, что там было, — браво отрапортовал он, без разрешения проскальзывая в кабинет к Даниилу Юрьевичу, — но коротко скажу, что теперь всё хорошо. Я нашим сказал, чтоб не сверлили в этом месте больше. Провод сменил. И ваши бабульки уже активно пишут письма!

— Спасибо тебе, неожиданный избавитель, — улыбнулся шеф, — сколько с нас?

— В счёт общего ремонта, — засмущался парень, — ну и это... мы сами виноваты.

— Тебя как зовут, благородный рыцарь?

— Петров Виталик. А вас?

— А меня — Даниил Юрьевич. Что же ты, Петров Виталик, не своим делом занимаешься? Это тебе доставляет мазохистское удовольствие?

— Чем надо, тем и занимаюсь, — ответил тот и посмотрел на шефа Тринадцатой редакции так, что было ясно — ещё один вопрос, и будет очень, очень страшно, так что лучше бы сразу прекратить неприятный разговор, не доводить до беды.

— Очень страшно, — не стал спорить его собеседник. — Лично я уже до крайности напуган. Но всё же спрошу. Тебе что, так наплевать на свою жизнь, что ты решил потратить её на нелюбимую работу?

— Ну есть же всякое другое, помимо работы, — начал было хорохориться Виталик, и понял, что проболтался. — Но это ведь работа, а не развлечение, правильно? Работа должна приносить доход, а не удовольствие. А будут деньги — я уж развернусь. Так ведь?

— Кто тебе это сказал?

— Все говорят. Бабушка, родственники и родители. Надо зарабатывать деньги. А чтоб тебе платили деньги — надо пользу приносить.

— Вот ты сейчас пользы принёс — на миллион рублей. Серьёзно. Если бы ты не починил Сеть, то мы бы упустили долгожданный заказ и получили бы за это серьёзную взбучку.

— Что, правда? — ухмыльнулся мастер. — Ну, зовите меня, если что. Я в этой ерунде разбираюсь.

— В ерунде?

— Ну, интернеты-компьютеры — они же не всерьёз. Так, баловство.

— Ты сам так думаешь?

— Бабушка так говорит... Ну и вообще все. Старших надо уважать, они разбираются в жизни.

— Прекрасно, что ты уважаешь старших. Но уважать и принимать на веру все их слова — несколько разные вещи, тебе не кажется?

— Подождите немного, я должен это обдумать, — сказал Виталик. И в самом деле задумался. Потом улыбнулся и вздохнул с облегчением: — Слушайте, вы мне просто голову на место поставили! Правда ведь, можно же уважать старших и при этом идти своей дорогой. Ну, дела. У меня, видите ли, старшая сестра... Как бы это сказать... Неуважительно всех послала — семью там, родственников, бабушку...

— Серьёзная у тебя, видимо, бабушка, — покачал головой Даниил Юрьевич.

— Да не то слово! Вы бы её видели! Ей даже участковый милиционер честь отдаёт.

У этой грозной дамы было четверо детей, и все они щедро одарили её внуками. Виталик был последним. Лидия Ивановна уже к правнукам начала готовиться, а тут такой сюрприз. Внуков всегда отправляли на лето к бабушке в деревню, такое уж у Петровых было правило. Ну, старшие-то внуки давно показали родным кукиш и заявили, что лето они будут проводить так, как им заблагорассудится, а младшего никто особо не спрашивал, за него всё решили, его поставили перед фактом, усадили на поезд и увезли туда, где ему должно было немедленно стать лучше.