Шрифт:
У Алекс задрожали губы.
— Я… Там… — несвязно бормотала она, едва соображая, что происходит.
Он порывисто обнял ее. Высокий, стройный и сильный. Мощь, которой лучилось его тело, удивительным образом утешала, смягчала остроту боли и обиды, возвращала веру в себя, способность жить и мыслить.
— Расскажи мне все. Я должен знать. Потому что все равно убью его когда-нибудь.
— Нет. — Алекс уткнулась ему в грудь.
— Тебе самой станет легче, если ты выговоришься, — ласково прошептал он.
Алекс удивленно посмотрела на Ксавье. Она впервые столкнулась с этой стороной его натуры — совершенно неожиданно. Ах, если бы повод проявить нежность и сочувствие не оказался столь унизительным!..
— Не могу, — прошептала она. — Может быть, потом, позже…
— Ты сделала то, что должна была сделать. У тебя не было выбора. Не надо винить себя в этом!
— Выбор есть всегда, — вспомнила она его слова.
— У тебя не было выбора, — повторил Ксавье. — Ты просто старалась выжить.
Их взгляды встретились. Он только что сказал то, что говорила Алекс, когда умоляла поверить ей. Совсем недавно.
Медленно, как во сне, он наклонился и нежно поцеловал ее в лоб.
Самообладание покинуло ее. Алекс вырвалась из его объятий.
Он молча стоял, не двигаясь с места.
Алекс ненавидела себя, ненавидела Джебаля… а может, и Блэкуэлла тоже. Как она ни крепилась, но слез сдержать не смогла.
Ксавье привлек ее к себе.
— Прими ванну. Станет легче. — В его голосе послышались повелительные нотки. Пришло ощущение его железной воли. То, что он говорил, не могло не быть правдой.
Она кивнула. Он проводил ее в ванную, повернул кран. И вдруг ее лицо непонятно как оказалось в его ладонях.
— Говори же со мной, Александра! Ради Бога, говори со мной!
— Да, — прошептала Алекс. — Он заставил меня. Он взял меня силой…
— Это я виноват! Я убью его, клянусь! — вскричал Блэкуэлл.
— Мне отвратителен этот дворец. Мне отвратителен он сам. И я хочу только одного — бежать отсюда. — Не соображая, что делает, она трясла его за плечи.
— Все равно я его убью!
Она разрыдалась, хотя меньше всего хотела бы устраивать истерику перед Ксавье. Он прижал ее к себе крепко-крепко.
Вода из переполненной ванной полилась через край. Только теперь Алекс разжала кулак. Из него выпал кусок алого шелка — и горячая струя воды смыла его навсегда.
Она уже не рыдала, когда появился Мурад. Алекс сидела на краю ванны, а Блэкуэлл пристроился на низенькой скамеечке. Тишина показалась Мураду удивительно умиротворенной. Оба обернулись к нему.
Он настороженно смотрел то на Алекс, то на Ксавье, а потом с каким-то странным выражением на лице сказал:
— Я только что получил известие. На рейде стоит датский корабль. Он разгрузится за завтрашний день и с первым отливом выйдет в море.
Блэкуэлл вскочил.
— Отлично, великолепно, — бормотал он.
Алекс тоже не усидела на месте: еще бы, наконец-то завтра они с Блэкуэллом сбегут отсюда!
— Какого черта? — вдруг воскликнул Ксавье.
И тут она услышала топот по коридору. Все ближе и ближе. Она испуганно посмотрела на побледневшего Мурада.
Дверь с грохотом распахнулась.
Теперь им не уйти.
Ворвались вооруженные до зубов солдаты. А следом за ними на пороге возник раис Джовар. Он не обратил внимания ни на Алекс, ни на Мурада: впившись в Блэкуэлла холодными синими глазами, шотландец оскалился по-волчьи.
И Алекс все стало ясно. История никогда не лжет. Их поймали. Никакого побега не будет. И Блэкуэлла завтра казнят.
— Взять их! — рявкнул Джовар.
Четверо турок набросились на Блэкуэлла.
— Нет! — невольно вырвалось у нее.
Верный Мурад перехватил ее на полпути и крепко прижал к себе. Еще недавно Алекс думала, что пережила самый мучительный момент в своей жизни, но оказывается, она ошиблась.
— Нет!!! — кричало все ее существо.
— Не бойся за меня, Александра. — Ксавье смотрел ей в глаза. — Позаботься о себе!
— Я люблю тебя, — услышала она словно со стороны свой собственный шепот.
— Уведите его! — приказал Джовар.
Глава 35
Его увели прочь. Что, если им не суждено больше встретиться?
Однако у Алекс не было времени даже на то, чтобы толком осознать случившееся. Стоило солдатам вывести из комнаты закованного в цепи Блэкуэлла в сопровождении Джовара, как к ней ворвался Джебаль — с неизменной Зу.