Кариф нахмурился и сжал кулаки под столом. Как же он хочет эту женщину! Но нет. Кариф к ней не прикоснется. Тринадцать лет назад он поклялся оставить Жасмин в покое. И теперь она помолвлена с его другом…

Повернувшись к Умару, Кариф заставил себя говорить спокойно:

— Я и не знал, что вы были знакомы.

— Мы встретились в прошлом году в Нью-Йорке. — Умар тихонько сжал ее руку. — После смерти моей бедняжки жены я несколько раз просил Жасмин выйти за меня. Вчера она наконец приняла мое предложение.

— Вчера? И вы планируете пожениться через несколько дней? — равнодушно спросил Кариф. — Стремительная помолвка. Есть какие-нибудь… препятствия?

Жасмин резко подняла глаза на Карифа, глотнув воздух. Он не смотрел на нее. Умар беспечно пожал плечами:

— Любую свадьбу можно организовать быстро, если мужчина не скупится. — Он мельком взглянул на Жасмин, дразня ее. — Красавицы непостоянны. Я не собираюсь позволять одной из них передумать.

Жасмин уставилась в свою тарелку, стала ковырять рис вилкой. Щеки ее покраснели.

— Я женился бы на ней немедленно, в Нью-Йорке, — продолжал Умар, — но Жасмин захотела воссоединиться с семьей. После того как мой конь выиграет Кубок Кайса, мы на полгода уедем в Америку, где я буду готовить нового победителя на приз Тройной Короны. И конечно же я буду заниматься бизнесом Жасмин в Нью-Йорке. Отныне ее единственная работа — быть матерью моим четырем сыновьям. Но ее связи в Америке будут для меня полезны, так как я…

Он умолк, когда один из его слуг наклонился и что-то прошептал ему на ухо. Умар резко поднялся на ноги:

— Извините. Я должен ответить на телефонный звонок. Если позволите, ваше величество…

Кариф кивнул. После ухода Умара, когда все гости, сидящие ниже, заговорили громче, Кариф тихо спросил Жасмин:

— Он знает?

Она замерла, а затем выдавила:

— Даже не помышляй об этом! Это не в счет. Это ничего не значит.

— Ты знаешь, что не можешь стать его женой!

— Не будь смешным.

— Жасмин?

— Нет! Мне наплевать, что ты король! Я не позволю тебе снова разрушить мою жизнь! — Она сверкнула глазами. — Я не позволю тебе разрушить надежды моей семьи, связанные с этой свадьбой…

— Твоей семье нужна эта свадьба? — перебил он ее. Стиснув зубы, она тряхнула головой:

— Я не позволю, чтобы они снова переживали тот старый скандал. С них достаточно разговоров о моей сестре!

— Какой сестре?

Уставившись на него, она выдохнула:

— Ты не слышал? Я думала, в Кьюзи всем об этом известно. Моя младшая сестра Нима училась в школе-интернате в Калисте. Она переспала с каким-то моряком, имя которого даже не помнит. Теперь беременна. А ведь ей шестнадцать лет.

Слово «беременна» словно повисло в воздухе.

Оторвав от Жасмин взгляд, Кариф посмотрел на ее большую семью, сидящую за столом внизу. На Умара Хаджара, вышагивающего по траве у павильона. На всех гостей, тайком наблюдающих за королем. Когда он снова посмотрел на Жасмин, все вокруг исчезло. Он видел перед собой лишь ее прекрасное лицо и глубокую черноту ее глаз…

— Нима сейчас в Нью-Йорке, живет в моей квартире и пытается смириться с мыслью, что скоро станет матерью. — Жасмин сморгнула слезы. — Моя малышка сестра… Когда она появилась у меня на пороге два дня назад, я внезапно поняла, сколько времени потеряла зря. Тринадцать лет я не виделась с семьей. — Ее голос надломился. — Никакие деньги этого не заменят…

— Итак, ты помолвлена с Умаром Хаджаром, — тихо сказал он и прищурился. — Ты его любишь?

Вздохнув, Жасмин потерла шею.

— Когда тринадцать лет назад отец отослал меня прочь, — прошептала она, — он сказал, чтобы я не возвращалась домой до тех пор, пока не стану уважаемой замужней дамой.

Кариф свирепо уставился на нее.

— Так поэтому ты согласилась стать его женой? — съязвил он. — Хочешь порадовать отца?

Жасмин подняла на него глаза, внезапно сверкнувшие ненавистью:

— Тебе-то что за дело? Много лет назад ты умыл руки, избавившись от меня. Через несколько дней я выйду замуж и навсегда исчезну из твоей жизни. — Она вздернула подбородок, ее глаза блестели. — Так что оставь меня. Занимайтесь своей коронацией, ваше величество!

Кариф никогда не слышал от нее более обидных слов. Но разве он может ее осуждать? После того, что перенесла эта женщина, ожесточится любая. В юности Жасмин была счастливой и радостной, но Кариф погубил ее. Его руки напряглись, когда он наклонился вперед.