Страшилка, притаившаяся в самом поднебесье, судя по хриплому жуткому голосу, выглядела ужасно. А судя по громкости и неутомимости этого голоса, она была огромной. И обычно друзья старались не прислушиваться к ее страшным новостям. Потому что если все время прислушиваться и бояться того, что может случиться, некогда будет радоваться тому, что пока ничего не случилось. Но теперь — из-за пугливости Канючки и жадности Кладовкина — отступать было некуда.

— Может, все-таки возьмешь мою шапку? — неуверенно сказал Канючке Механюк, который очень-очень дорожил своими друзьями и опасался за их судьбу. В отличие от Канючки.

— Нет! Раз обещал — пусть идет и спасет меня! И победит Страшилку Ужасную! — заявила непреклонная Канючка. И даже высунула свой остренький носик из-за дверцы — собираются ли друзья в военный поход?

— Значит, так, — деловито кивнул Топ Дорожкин. — Подняться туда пешком невозможно: там, высоко над часами Механюка, подступы к поднебесью. Там висят неприступные карнизы, а на них — сплошь стеклянные горы. Они высокие и скользкие.

Топу Дорожкину как первооткрывателю и путешественнику довелось исходить почти весь «весь мир». О неприступности стеклянных гор он знал еще с тех пор, когда эти горы только-только появились. Их принес ВЕЛИКАН и водрузил на краю мира.

— Надо искать обходные пути, — авторитетно добавил Топ Дорожкин. Подходить к горам во второй раз он совсем не хотел: горы посверкивали своими гладкими боками, а в глубине гор что-то подозрительно бурлило и чавкало.

— Но я не умею искать обходные пути, — растерялся Кладовкин. — Я умею искать только сокровища!

— Да, — опять авторитетно сказал Топ Дорожкин. — Это задача для специалистов.

И Топ Дорожкин немного раздулся от гордости.

А Кладовкин с облегчением выдохнул.

— Но обходные пути — это долго! — запричитала Канючка, которая внимательно прислушивалась к разговору специалистов по борьбе со Страшилками. — А я хочу побыстрее перестать бояться!

— Значит, надо напрямик попасть к Страшилке Ужасной! — выпалил Механюк.

— Как? — изумился Топ Дорожкин. Он привык по старинке — пешком, с рюкзаком, спальным носком и Прищепкой — ходить по «всему миру».

— Наверное, надо посильнее подпрыгнуть? — неуверенно предположил Кладовкин.

— Умница! Молодец! — закричал Механюк и на радостях расцеловал Кладовкина в обе щеки.

— Эх, пойду тренироваться, — сказал Топ. Он не умел так высоко прыгать, а позволить запрыгнуть в неизведанные края кому-то другому великий первооткрыватель просто не мог.

— Что мне с вами делать, с такими бестолковыми?! — в сердцах сказал Механюк. — Никто не сможет прыгнуть так высоко: ни великий путешественник, ни великий кладоискатель!

Слово «великий», да еще повторенное два раза, немного примирило Дорожкина и Кладовкина со словом «бестолковые».

— Что, сам будешь прыгать? — с надеждой спросила Канючка из-за дверцы.

— Несмотря на свой ум, я тоже не умею так прыгать, — вздохнул Механюк. — Но я знаю, где раздобыть прыгалку, чтобы долететь до Страшилки.

Прыгалку Механюк видел, когда добывал оранжевый шар. Прыгалка раскачивалась под трехногой табуреткой, на которой располагался каток с апельсином. И теперь у него был план: вместе с друзьями вытащить прыгалку и с ее помощью добраться до Страшилки!

Механюк, хоть и был самым умным в чуланном мире, не догадывался, что увиденная им «прыгалка» — это старые медные весы, которые стояли под табуреткой на старом чемодане.

Как ни старались друзья, но втащить тяжеленную прыгалку на кривую, качающуюся табуретку они никак не могли. Им не помогла даже леска с крючком, им не помогла даже Прищепка, хотя она изо всех сил цеплялась за одну из тарелок прыгалки.

Отдуваясь и стирая со лба пот и пыль, великий путешественник, великий кладоискатель и великий ум «всего мира» смогли лишь чуть-чуть выдвинуть прыгалку из-под табуретки.

— Ничего не получится? — расстроенно спросила сверху Канючка.

— Думаю, и этого достаточно, — посмотрев на прыгалку, а потом вверх, туда, где притаилась Страшилка, сказал Механюк.

— Чур, прыгаю я! — выкрикнул Дорожкин.

— Ладно. Но по моей команде, — согласился Механюк. План Механюка был такой: он отцепит от часовой цепочки, по которой он спускался на столешницу буфета, тяжелую медную шишку. Прищепка прицепится к цепочке и схватит зубами штаны Топа. Топ встанет на тарелку прыгалки, а Трезор Кладовкин прыгнет на другую тарелку.