— Топ Дорожкин взлетит прямо до небес! — захлопала в ладоши Канючка.

Топ выпятил грудь.

— А точнее, до Страшилки Ужасной, — заметил Кладовкин.

Топ немного сник.

— Но по цепочке, прицепленной к Топу, мы доберемся до него и поможем победить Страшилку! — обрадовал пригорюнившегося Топа Механюк. — Наш козырь — это внезапность!

— Я хочу все это видеть! — заявила Канючка и наконец-то приоткрыла стеклянную дверцу.

Механюк взлетел на гире к себе в часовой домик, взяв под мышку верного друга Топа Дорожкина — Прищепку. Там, наверху, он отцепил гирю-шишку, приладил цепочку к хвостику Прищепки и под радостное «ку-ку» часовой кукушки осторожно спустил Прищепку на столешницу — к друзьям Топу и Кладовкину.

Топ Дорожкин сказал Прищепке «фас», та вильнула хвостиком с цепочкой и надежно вцепилась в штаны своему хозяину.

Кладовкин взялся за цепочку и аккуратно спустил великого путешественника и его Прищепку на тарелку прыгалки.

— Как ты мужественно выглядишь! — опять захлопала в ладоши Канючка.

А у Кладовкина вдруг сжалось сердце.

— Ты, это, знаешь что? Возьми-ка с собой оружие на всякий случай! — крикнул он Топу Дорожки ну и кинул вниз свой клинок — блестящий гвоздик, который он спрятал от прожорливого пожирателя металла.

— Спасибо! — растроганно крикнул в ответ Дорожкин, а Прищепка признательно загремела цепочкой на хвостике.

— Кладовкин! — закричал сверху, от своего домика, Механюк. — Прыгай!!!

И Кладовкин прыгнул!

— Дзыннь!!! — зазвенел он о тарелку.

— Ульк! — засвистел пулей проносящийся мимо великий путешественник.

— Ж-жур, ж-жур, ж-жур! — застрекотала цепочка от часов, разматываясь и уносясь вслед за Топом Дорожкиным в непроглядную темноту.

А Канючка только успевала вертеть головой, пытаясь уследить за молниеносным штурмом Страшилки. И молчала.

— Бряк! Дзынь!!! Шмяк! Ой! — донеслось из темноты поднебесья.

А потом:

— Ш-игур-ш-шур!

И «щелк-щелк» Прищепки, в котором явно угадывалось отчаяние.

После этого к Канючке вернулся дар речи и она тоже сказала «ой!».

Вслед за ней сказал «ой» испуганный Кладовкин, а вслед за Кладовкиным — оглушенный Механюк.

— Ой-ёй-ёй! — опять раздалось из поднебесья.

Но вовсе не со стороны Страшилки. А гораздо ниже.

— Горе мне, горе! — причитал великий путешественник Топ Дорожкин, потирая ушибленные места.

— Ты где, Дорожкин? — крикнула Канючка.

— Я в непроходимом месте! — отозвался, оглядевшись, Топ Дорожкин.

— А Страшилку видишь? — спросила дрожащим голосом Канючка.

— Нет. Я до нее не добрался. Но это место таит в себе не меньше опасностей, — сказал Топ, присмотревшись к темным закуткам окраины «всего мира», куда его закинули судьба и добрый друг Трезор Кладовкин.

Топ Дорожкин, да еще и с тяжеленной цепью, да еще и с верной Прищепкой на штанах, не добрался одним махом до Страшилки. Он смог долететь только до яруса со стеклянными горами. И в этих горах по-прежнему что-то бурлило и пузырилось.

Это пузырился напиток, который умел готовить дедушка из яблок и черноплодной рябины. Напиток нравился не только дедушке. Он нравился и другим любителям яблок. Сейчас эти любители тысячами, нет, миллионами сидели вокруг стеклянных гор и пристально наблюдали за каждым движением Топа.

— Как ты думаешь, Прищепка, они нас съедят? — шепотом спросил он своего верного друга.

Но ответа не услышал. Он посмотрел себе за спину: Прищепки не было! А значит, не было и цепочки от часов, которая связывала его с дорогими друзьями!

— Эге-гей! — кинулся Топ к краю яруса, к самому подножию стеклянных гор. — Я в беде! Я отрезан от мира! Я у стеклянных гор!

— Щелк-щелк! — донесся до него отчаянный голос Прищепки.

Прищепка чувствовала себя страшно несчастной. И страшно у виноватой. Хоть она изо всех сил держалась зубами за штаны своего дорогого хозяина, но тяжелая цепь висела у нее на хвосте. И чем ближе они подлетали к месту назначения, тем тяжелее становилась цепь. А когда дорогой хозяин шмякнулся о подножие стеклянной горы, цепь натянулась и изо всех сил дернула Прищепку за хвост. И хоть Прищепка была крепко привязана к Топу Дорожкину (а точнее, к его штанам), цепочка, видно, была еще сильнее привязана к своему часовому домику и дорогой кукушке. Она потянула Прищепку обратно и не успокоилась, пока не притащила ее к часовому домику. Прищепка врезалась в шапку Механюка и свалила его с ног.