— А сколько же длятся ваши собрания? — поинтересовался Енох.

— Мы не ограничиваем себя, — ответил мистер Ховелл.

— А я думаю, что ограничиваете, — возразил часовщик. — Давайте-ка я расскажу свою историю. Позволите? Как гостю.

— Что ж, — начал Тремор, — полагаю…

— Мистер Тремор! — вмешался Джонас. — Вы знаете, как строги наши правила.

Енох улыбнулся, но Джонасу, заглянувшему в его глаза, не понравилось то, что он там увидел.

— Думаю, нам все же стоит позволить нашему гостю рассказать его историю, — сказал Джонас. — Возможно, после этого он окажет нам милость своим уходом.

— Я попробую, — пообещал Енох. — Возможно, получится так же хорошо, как у вас, возможно — нет, но это поможет скоротать время.

В Ивенмере живет часовщик, Хранитель Времени. Он заводит часы — маленькие часы во внутренних помещениях, Часы Вечности в Часовой Башне, Вековые Часы в Стране Двенадцати, все часы — большие и маленькие, — чтобы время продолжало идти. Понимаете, время очень важно, потому что все происходит внутри него. Люди живут и умирают в рамках часов. Время жестоко. Неумолимо. Думаете, у вас есть минутка — и вот ее нет, она ускользнула сквозь пальцы. Играете в лесу с младшей сестрой, карабкаетесь по деревьям, наслаждаетесь жизнью. Потом оборачиваетесь — и вы уже старик, наблюдающий за игрой своих внуков. Сестра умерла, а вы уже не способны забраться на дерево. Я могу рассказать вам о том, как время уходит от вас. И когда это случается, вы начинаете задумываться о смерти.

— У меня что-то голова разболелась, — пожаловался мистер Ховелл, потирая виски.

— Смерть, — продолжал Енох, — это тьма, страх и тайна. В общем, однажды Хранитель Времени замечает, что все идет не так хорошо. Время, оно для него как сестра — вернее, много сестер: секунды, минуты, дни, года и столетия. Оно подобно реке — иногда несется быстро, иногда течет медленно. Время никогда не бывает для всех одинаковым. Поэтому часовщик сразу же замечает, когда что-то идет не так. Он видит, что время движется все медленнее и медленнее, только не может понять почему. И начинает искать. А время уже еле ползет. Хранитель Времени может подниматься над его гребнями, если нужно. Вот почему он прожил так долго — это его дар.

— Мне действительно нехорошо, — повторил мистер Ховелл.

Енох почувствовал, как время дрогнуло и начало слабо биться, будто оживающее сердце. Он проигнорировал слова мистера Ховелла.

— Наконец, время останавливается. Хозяин дома сидит во внутренних помещениях и не может пошевелить пальцем. Все останавливается. Все и вся, за исключением несчастного Хранителя Времени. Он осматривается. Теперь ему легче найти причину проблемы — нужно лишь отыскать тех, кто все еще движется. Он прислушивается и улавливает легкое беспокойство в одной высокой башне. А поднявшись туда, он обнаруживает четырех человек, сидящих за столом.

В Ивенмере живут разные люди — талантливые и не очень, умные и не слишком. Мужчины и женщины, занимающиеся наукой и колдовством, а в головы им приходят различные — хорошие и не очень — идеи. Хранитель находит четырех прекрасных людей, отлично разбирающихся в науке и немного — в магии. Четырех людей, не желающих умирать и научившихся сдерживать смерть. Наша реальность формируется историями, которые мы рассказываем, а эти четверо используют их, чтобы менять реальность. Истории всегда разные, но на одну тему: неизменное время, гости из будущего, которые ничего не меняют, люди, вечно живущие одним и тем же моментом, путешественник, застрявший на планете без времени, цивилизация, вечно воспроизводящая саму себя. Они сидят в высокой башне и рассказывают истории. И пока они их рассказывают, время и смерть кружат вокруг, словно стервятники, не способные ни приземлиться, ни тронуть их. У всех остальных уже давно бы закончились идеи, но эти четверо научились смотреть сквозь время, научились видеть все эти «если», «будет» и «может быть», так что у них накопился неисчерпаемый запас историй.

Енох обвел взглядом стариков. На их лицах ясно читался страх.

— Так что они продолжают жить, пока все остальные застыли в замершем времени.

Мистер Ховелл издал сдавленный вскрик, запрокинул голову и закатил глаза.

— Что вы с ним сделали? — вскричал в ужасе Джонас.

— Я? Я ничего не делал. Это — неожиданный финал моей истории. Когда Хранитель Времени приходит в башню и рассказывает свою историю, время вновь начинает двигаться. Время вашего друга закончилось. Он и так уже задержался..

Енох обвел взглядом их исказившиеся от ужаса лица и облизнул губы.

— Сколько вы сдерживали его? Сколько я просидел здесь? Десять минут? Тысячу лет? Кто знает?

— Вы можете присоединиться к нам, — предложил Тремор. — Ведь даже вы не сможете иначе жить вечно.

— Вы думаете, я хочу этого? Моя жена и дети остались в Арамее. Я не видел их три тысячи лет. Все, кого я люблю, умирают, а я продолжаю жить дальше. Я не выбирал это. А вы, вы сделали свой выбор. Вы думали, что являетесь центром Вселенной.

Джонас выхватил из кармана маленький револьвер и направил его на часовщика.

— Думаю, нашему гостю лучше уйти, — голос его задрожал.

— А я так не думаю. Я вступил в вашу игру, а для такой магии требуется симметрия. Даже я это знаю. Четыре человека, по четыре истории за каждый круг. Продолжайте рассказывать свои сказки. Вы остановите время, а я запущу его снова.

— Вы обрекаете нас на смерть, — молвила леди Чендлесс.

— Не более чем любого другого человека, — часовщик пожал плечами.