— Я знаю, что буду, — мягко ответил он. — Своим поцелуем ты вдохнула в меня жизнь.

— Правда? Когда мы отсюда выберемся…

— Когда мы отсюда выберемся, ты найдешь девочку, про которую снимала фильм, а я свяжусь со своими родителями. Договорились?

— Договорились, — ответила она.

Словно скрепляя их договор, Джаго поднял руку и провел по ее губам кончиком большого пальца.

— Привет, Миранда Гренвилл.

— Привет, Ник Джаго.

— Нет!

— Что? Я не понимаю…

— Когда кто-то спасает твою жизнь, ты имеешь право знать его настоящее имя. — Он немного помедлил. — На самом деле меня зовут Николас Александр Джексон. Это доброе имя выбрал себе мой дед, когда прибыл в Англию.

Джексон…

— Но… — Она несколько раз встречала его отца на официальных приемах. Их познакомил Иво. Позднее он сказал ей, что мистер Джексон ушел из большой политики и сейчас вместе с женой занимается благотворительностью. Использует свое состояние и связи, чтобы помочь беспризорным детям.

— Что такое?

Майри покачала головой. Говорить ему, что его отец изменился, было бессмысленно. Пусть все увидит сам. Он пообещал ей, что свяжется с родителями, и этого было достаточно.

— Ничего. Просто спасибо, что сказал, Ник, — произнесла она.

В ответ на это он лишь глубоко вдохнул.

— Что? — спросила она.

— Меня уже давно никто так не называл. Ну что, попробуем отсюда выбраться? — поспешно добавил он.

— Да, пожалуйста.

Джаго огляделся по сторонам. Прошлой ночью у него были некоторые сомнения, но сейчас, когда он увидел свет, просачивающийся в щель в стене, все казалось возможным.

Он надеялся выйти через дверной проем, но даже если отверстие и не было полностью завалено, оно находилось на противоположной стороне огромной дыры, образовавшейся при падении ястреба. Над головой виднелся многообещающий кусочек голубого неба, и Джаго встал, чтобы оценить эту возможность.

— Осторожнее, — сказал он, помогая ей подняться. — Я не хочу потерять тебя сейчас.

Когда Майри взяла его за руку, он обернулся.

Ее лицо оставалось в тени, и тоненький лучик у нее за спиной высветил только ореол ее волос.

Густых, темных, взъерошенных, покрытых пылью.

Он предполагал, что Миранда была высокой, но не настолько — всего на полголовы ниже его. Высокая, стройная, но со стальным стержнем внутри. Он это знал. Чувствовал. Возможно, в юности она была сломлена равнодушием родителей и предательством бойфренда, но сейчас мужественно пережила кошмар наяву, сочувствуя ему и одновременно подтрунивая над ним.

Миранда, в отличие от Флисс, не поражала мягкой чувственностью. Ее красота была другой — строгой, закаленной в огне. Она и в восемьдесят лет будет красива.

— Что? — спросила она, подняв руку, и Джаго увидел ее кисть. Она была маленькой с длинными тонкими пальцами и нежной, ухоженной кожей. Ее ногти с остатками лака были поломаны, костяшки разбиты в кровь.

Поймав направление его взгляда, она принялась с отвращением рассматривать свои руки.

— Моя маникюрша упадет в обморок, когда увидит этот ужас.

Внезапно она стала походить на женщину, которая привела его в чувство своим криком. Казалось, с тех пор прошла целая вечность.

Майри вернула на место маску перед возвращением во внешний мир.

— Не надо! — возразил он, взяв ее руку в свою. — Не делай этого, Миранда. Тебе не нужно притворяться. Только не со мной. — Наклонившись, он начал покрывать поцелуями ее ободранные пальцы, отдавая должное ее смелости. — Мы всегда будем понимать друг друга.

— Я…

Джаго увидел, как ее горло дернулось. Она тяжело сглотнула, впервые не зная, что сказать. Он ждал.

— Я… Да. — Она снова превратилась из капризной светской женщины в не уверенную в себе девочку, которой была когда-то. — Спасибо.

Боясь сказать или сделать что-то неуместное, Джаго снова посмотрел наверх. Им предстояло проделать сложный путь, и, учитывая состояние ее рук, он спросил себя, сможет ли она карабкаться наверх.

Но он знал, что ей было бесполезно предлагать оставаться здесь и ждать, пока он не приведет помощь.