— За сотни лет запустения первоначальный водопровод засорился, но вода нашла другое русло. — Затем он добавил: — Нам следует поторопиться. Нас, должно быть, ищут.

— Мы услышим, — ответила она, не желая двигаться с места.

Бассейн был невероятно красив. Его края поросли папоротником и огромными белыми лилиями, которые наполняли воздух своим ароматом. Ягоды на кустарниках выглядели очень аппетитно.

Это место походило на первозданный райский уголок.

— Знаешь, эти древние люди зря тратили время и энергию на сооружение храмов.

— Почему?

— Храмы не обязательно строить из камня. Вот настоящий храм. Небо, земля. Ягоды и цветы… — Она залюбовалась стрекозой, севшей на лепесток лилии. — Вода.

Выпив еще пригоршню, Майри начала расстегивать пуговицы на своей рубашке.

— Миранда? Что ты делаешь?

— Хочу немного себя побаловать и провести ритуал очищения.

Не успел Джаго возразить, как она освободилась от рубашки и бюстгальтера. Она открыла этому мужчине мрачные секреты своей души. Какое значение имело теперь ее тело?

Джаго, словно завороженный, наблюдал за тем, как Майри без всякого стеснения превращается в Еву. Зайдя по колено в воду, она немного постояла и поплыла к водопаду.

Оказавшись под его струями, она обернулась и произнесла:

— Тебе тоже не мешало бы провести ритуал очищения, Ник. Здесь хватит места для двоих.

— Замерзла?

Майри повернулась, когда Джаго вынырнул из воды, чтобы встать рядом с ней под водопадом.

Он был широкоплечим, стройным и жилистым. Никаких лишних мышц. Его худое суровое лицо со впалыми щеками напомнило ей святого с полотен Эль Греко.

— Пока нет, — ответила она, и это была правда. Вода и так не была холодной, но, когда Джаго оказался рядом, внутри нее словно загорелся огонь.

— Лгунья, — произнес он, подставляя голову под струи воды и вымывая из волос грязь. Когда он наклонился, Майри увидела фиолетовые синяки на его левом плече, лопатке и под рукой.

Не подумав, она коснулась его.

— Миранда… — предупредил он, выпрямляясь.

Она положила ладони на его синяки, словно желая забрать их себе.

— Мне так жаль… Прости.

— Нет! — Повернувшись к ней лицом, он схватил ее за плечи и слегка встряхнул. — Ты не должна извиняться, слышишь? Это просто случилось, и все. Даже если бы я сломал руку или погиб, пытаясь спасти тебе жизнь, в этом не было бы твоей вины.

— Я знаю, — сказала она. — Мне просто хочется как-нибудь тебе помочь.

Джаго подошел ближе, и теперь их разделяла только тонкая пленка воды на коже.

— Ты уже это делаешь, Миранда. Своим теплом, своей улыбкой.

Она улыбалась? Майри этого и не заметила.

— Хочешь еще один утешительный поцелуй, Николас Александр Джаго Джексон?

Не дожидаясь его ответа, она наклонилась, чтобы покрыть поцелуями его плечо, но он неожиданно отпрянул.

Удивленная, она подняла голову.

— Не сейчас, — сказал Ник, красноречиво глядя на ее рот. — Это может подождать.

Наклонившись, он легонько коснулся губами ее губ, после чего начал неторопливо ласкать губами нежную кожу у нее за ухом, шею, ключицу.

Это не было утешением. Майри никогда раньше не испытывала подобных ощущений. Ее грудь налилась, соски затвердели, внизу живота разлилась приятная боль.

Затем, не переставая ее целовать. Ник подхватил ее на руки и отнес на берег. Там она, опустившись на ковер из мха, притянула его к себе. Каждое ее прикосновение, каждый ее вздох говорил, что она хочет большего, и Ник с таким самозабвением подарил ей себя, что потом, лежа в его объятиях, она почувствовала себя родившейся заново.

— Ты голодна? — спросил он, восстановив дыхание.

— Просто умираю с голоду. Может, доедим оставшиеся конфеты?

— У меня есть идея получше. — Поднявшись, Джаго нырнул в воду и, доплыв до противоположного берега, вскарабкался наверх и начал собирать растущие там ягоды.

— Будь осторожнее, — крикнула она.

В ответ он повернулся и предстал перед ней во всем своем великолепии. Не в силах на него смотреть, Майри решила одеться, но ее израненные пальцы никак не могли справиться с пуговицами на блузке. Она все еще возилась с ними, когда Ник вернулся.