— Не стоит благодарности. — Собравшись с духом, Майри задала вопрос, который больше всего ее интересовал: — Ты один? Разве Дэйзи не говорила тебе, что ты можешь с собой кого-нибудь взять?

— Зачем мне кого-то с собой брать, Миранда, если единственный человек, который меня интересует, находится здесь?

— Правда? — Сердце Майри учащенно забилось. — Я не видела здесь пышногрудой блондинки.

Джаго довольно улыбнулся. Как будто она только что сказала ему все, что он хотел знать.

— Флисс спала с Фелипе Доминесом, и я посоветовал ей продолжать в том же духе. Кстати, нам следовало бы ее отблагодарить. Это она показала дорогу спасателям.

— Она вернула тебе документы?

— В этом не было необходимости. У меня были копии.

— Почему ты не позвонил, Ник? — прямо спросила Майри.

Он улыбнулся уголком рта.

— Наши отношения развивались слишком быстро. Мы оба испытали тяжелое потрясение. Нам нужно было время прийти в себя, побыть с родными, отвлечься, поработать. — Он взял ее руку в свою. — У нас вся жизнь впереди. Наконец мы можем посмотреть в лицо будущему. Ты свободна после премьеры? Мы можем поужинать вместе? Поговорить?

— Поговорить? О чем?

— О твоем фильме. О моей книге. О том, что ты знала моего отца, но не сказала мне об этом. О нашем будущем.

Об их будущем?

Ее глаза расширились.

— О нашем будущем? — Она покачала головой. — Нет… Ты не можешь…

— Последние два месяца я каждую минуту думал о тебе. Ты мне снилась. Я понял, что люблю тебя и хочу всегда быть с тобой.

От радостного волнения у Миранды закружилась голова.

— Майри? Мы начинаем.

Оглядевшись, она обнаружила, что в зале нет никого, кроме Дэйзи, которая стоит у двери в помещение, где должен был состояться показ.

— Начинайте без меня, — сказала Майри.

— Но…

— Извинись за меня перед остальными. Скажи, что у меня возникли неотложные дела.

Они нашли поблизости уютное итальянское бистро. Майри не могла сказать, что она ела, о чем они говорили. Она помнила только, что призналась ему в любви, а потом они болтали о всякой ерунде и смеялись.

Когда они вышли на холодную декабрьскую улицу, освещенную рождественскими огнями, Ник спросил:

— Куда идти?

— Все равно. — Ей хотелось, чтобы этот волшебный вечер продолжался как можно дольше. — Чем ты теперь собираешься заниматься? — спросила она, когда Ник взял ее под руку и повел вниз по улице.

— Мне предложили место в университете.

— Здесь в Лондоне? — Она мысленно снова перенеслась на Кордильеру с ее таинственными храмами и непроходимыми лесами. — Это будет сильно отличаться от твоей прежней работы. Ты не будешь скучать по раскопкам?

— По болям в спине, отсутствию элементарных удобств и недостаточному финансированию?

Майри не поверила ему ни на секунду.

— О тех волшебных мгновениях, когда ты делаешь открытие, которое помогает пролить свет на жизнь древних людей.

Ник посмотрел на нее.

— Время от времени я буду копаться в земле. Но не на Кордильере. Там слишком опасно, а я больше не могу подвергать себя неоправданному риску. — Он помедлил. — Как насчет тебя? О чем будет твой следующий фильм?

Майри растерянно покачала головой.

— Сейчас я не могу ни о чем думать, кроме Рози.

— Девочке, которую ты спасла?

Майри остановилась.

— Что произошло?

— Она сбежала, Ник. Несколько месяцев назад. Я узнала только сегодня. Она где-то здесь в городе. — Оглядевшись по сторонам, она внезапно осознала, где они находились. — Не может быть. Это же то самое место, где мы ее нашли.

Высвободив свою руку, она повернулась и побежала вдоль по узкой улочке, пока не остановилась возле мусорного контейнера.

Когда Ник догнал ее и обнял за плечи, Майри обернулась и уткнулась лицом в его плечо.

— Она умрет. Ник. Я ее подвела. Мне не следовало с ней расставаться.

— Тсс. — Ник поцеловал ее в макушку, его теплое дыхание согрело ее, но она отстранилась.

— Рози! Ты меня слышишь? — позвала она. — Я тебя не брошу. Я вернусь завтра. Если понадобится, загляну в каждый мусорный контейнер в городе, но не позволю тебе умереть, слышишь.

Из ее глаз текли слезы и, замерзая, обжигали ей щеки.