Все устраивалось как нельзя лучше; вещи новобрачной уже доставили в большую спальню рядом с покоями будущего мужа. Сразу после свадьбы супруги собирались в двухнедельное свадебное путешествие.

Натали была удивительно красивой невестой. Поскольку она впервые шла под венец, то могла предстать перед алтарем в белом платье с фатой, как и полагается при первом замужестве. Она не торопилась с браком, поскольку искала достойного человека, и Дороти могла только радоваться, что таковым оказался ее отец.

Правда, на первых порах она испытывала определенные сомнения, ибо знала точку зрения отца на деловых женщин: он считал, что бизнес не их дело. Но Натали, при всей ее мягкости и доброте, отличалась и сильной волей, из чего следовало, что ее карьера продолжится. В конце концов, Гаролд Уинтерс живет в двадцатом столетии, в эпоху феминизации!

Желая подчеркнуть, что она одобряет брак от всей души, Дороти в день бракосочетания преподнесла своей будущей мачехе дорогой подарок.

— Нечто старинное, — сказала она Натали и, протянув на ладони шкатулку, другой рукой открыла ее, явив на свет привезенное предками из Англии золотое ожерелье времен королевы Виктории. — Оно принадлежало моей бабушке, — объяснила Дороти, увидев широко открытые, изумленные глаза невесты.

Та растерялась.

— О нет, я не могу! — минуту спустя запротестовала Натали.

— Прошу тебя. — Дороти ожидала возражений. — Папе было всего сорок лет, когда умерла мама, — продолжила она, вынимая ожерелье из шкатулки. — Мама знала, что умирает. И никогда не хотела, чтобы отец остался в одиночестве. Так что мы с Нейлом очень рады, что украшение дождалось тебя.

Зеленые глаза Натали заблестели от слез благодарности.

— Будем считать, что я одолжила его на время, — сказала она. — Думаю, что коль скоро его носила твоя мать, отец будет только рад, когда ты его наденешь в день своей свадьбы.

Дороти улыбнулась.

— Он-то, может, и будет рад, но когда еще это случится.

Натали нежно коснулась ее щеки.

— Ты же сама знаешь, как трудно мы, деловые женщины, идем к этому дню, — посмеиваясь сама над собой, сказала она.

Дороти не стала спорить, хотя, по правде говоря, всегда была далека от этих мыслей. Бели бы рядом с ней появился достойный мужчина, она бы без сожаления рассталась с карьерой. Что ж, он в самом деле появился — и столь же стремительно исчез! И теперь самым важным для нее будет карьера.

— Возможно, — уклончиво ответила она. — Думаю, пора собираться в церковь, пока отец не решил, что ты вообще не появишься, и не впал в панику. — Обычно сдержанный и самоуверенный, Гаролд Уинтерс буквально не находил себе места, по мере того как приближался день свадьбы.

— О господи! — внезапно простонала Натали, обеспокоенно глядя на Дороти. — Я просто идиотка! Утром закрутилась с цветами, с прической, с последними заказами к столу и совершенно забыла тебе сказать, что звонил Эван Джордан и сообщил, что будет на свадьбе.

Дороти побледнела, и теперь цвет ее лица белизной мог поспорить со свадебным платьем Натали. Джордан собирается быть на свадьбе… До последней минуты молчал о своих намерениях, но, значит, приедет…

— Прости, что забыла сказать тебе, Дороти. — Натали сжала ее руку. — Как выяснилось, он куда-то уезжал и вернулся домой только вчера.

И по приезде тут же позвонил, чтобы принять приглашение. Почему? В силу каких причин он изъявил желание оказаться здесь? Да, это один из самых знаменитых авторов издательства «Уинтерс хаус», но чего ради он решил почтить своим присутствием бракосочетание малознакомого человека и женщины, которую видел только раз в жизни?

— Дорогая, хочешь, я попробую связаться с Гаролдом? — спросила Натали. — Он мог бы…

— Нет, нет! — воскликнула Дороти, молча выругав себя за неумение скрывать чувства. Значит, Эван собирается быть на свадьбе. Ну и что? Она дочь жениха, подружка невесты, и ей придется принимать и развлекать гостей, ни на что иное у нее не останется времени. Эван всего лишь один из приглашенных.

Натали бросила взгляд на наручные часики.

— О боже, нам пора идти. — Она порывисто повернулась к подружке. — Как я выгляжу?

— Ты очаровательна, — с теплой улыбкой заверила ее Дороти и легко подтолкнула к выходу.

Невеста издала нервный смешок.

— Ты тоже прекрасно выглядишь, милая. Тебе очень идет это персиковое платье.

— Мне всегда хотелось быть подружкой невесты, но и в голову не могло прийти, что это случится в мои двадцать семь лет! — насмешливо проговорила Дороти. Видно, ей суждено быть подружкой и никогда — невестой…

Она почти не заметила дорогу до церкви, ей казалось, что все происходит словно во сне, от которого никак не очнуться. Дядя Натали уже ждал их, и под торжественные звуки музыки они втроем двинулись по проходу к алтарю.