В своем письме Келвин благодарил Николаса Лейтона за информацию о его дочери и просил сообщить, если ситуация изменится…

— Я был к этому готов, — пожал плечами Келвин. — Ты же сама говорила, что в твоей жизни есть мужчина.

— Я имела в виду то, что живу с отцом! — воскликнула Фреда. — Понимаешь, тогда, в «Холидэй Инн», ты напугал меня. Никогда раньше я не встречала никого, похожего на тебя…

— Я испытывал те же чувства, — вставил он, усмехнувшись.

Фреда почувствовала, что на ее щеках загорелся жаркий румянец.

— Ты был прав, — тихо сказала она. — Тогда я позволила себе быть Эльфи, чтобы… чтобы понравиться тебе.

Губы Келвина горько скривились.

— Ты заставила бедняжку Фреду забыть об осмотрительности?!

— Да, — подтвердила она. — Но я ни с кем не была помолвлена.

— Это произошло через шесть месяцев, — мрачно напомнил ей Келвин. — Ты обручилась с моим родным братом! Думаю, твой отец вволю повеселился надо мной. А когда я уличил его во лжи, он заявил, что я недостаточно хорош для тебя, что у меня нет даже приличной работы, не говоря уже о жилье. Он считал, что у его единственной дочери должен быть более подходящий муж, чем бездомный писатель, постоянно скитающийся по свету, и кандидатура моего брата его вполне устраивала, ведь у Джулиана было большое будущее в политике! — мрачно закончил он.

По тону второго письма легко было догадаться, что Келвин взбешен поступком ее отца. Однако в приписке он заверял старика в том, что, хотя и считает его ложь безнравственной, никогда не будет вмешиваться в отношения Фреды и Джулиана.

Это говорило о том, что Келвин человек честный и благородный, но старик Лейтон сделал все, чтобы навсегда разлучить его и Фреду. Если бы она не обнаружила эти письма, то так и случилось бы.

Девушка понимала, что сейчас, если ей не удастся пробиться к сердцу Келвина или если он сам откажется от своих чувств к ней, то отец уже с того света снова одержит над ними победу!

Фреда всегда считала, что, несмотря на свою сдержанность, отец все же любил ее. Возможно, так оно и было, но его собственное представление о будущем дочери стало причиной того, что он не хотел дать ей права строить свою жизнь самостоятельно. Два года назад она похоронила свою любовь к Келвину, потому что не знала о его чувствах.

— Уже слишком поздно, не так ли? — спросила она, глядя на него полными слез глазами.

Сейчас Келвин был совершенно не похож на человека, которого она любила…

— Слишком поздно для чего, Фреда? — раздраженно выдохнул он.

Это обращение, словно ножом, резануло ей слух.

О Боже! — проклинала себя она. Что я наделала! Все это время он любил меня, а я постоянно отталкивала его…

— Я долгое время считал, что твой отец поступил с нами жестоко, но потом понял, что, вероятно, он был прав. Ведь ты столько раз говорила мне, что мы не подходим друг другу, — криво усмехнулся он.

Фреда и Келвин — да, подумала девушка, но вот Эльфи и Келвин…

Ее глубоко ранило предательство родного отца, но он скончался, а они с Келвином продолжали жить, и девушка не собиралась отступать, пока не выяснит, что тот чувствует к ней теперь!

— Моя коллекция единорогов стоит в гостиной на серванте, — тихо сказала она, надеясь, что Келвин поймет скрытый смысл этих слов.

После того, как Фреда нашла эти письма, она могла позволить себе быть Эльфи.

Келвин судорожно вздохнул, и его щека нервно дернулась.

— Это хорошо, — уклончиво пробормотал он.

Сквозь застилавшие глаза слезы Фреда едва различала его лицо.

— Помоги мне, Келвин! — взмолилась она.

— Чего ты от меня хочешь? — воскликнул он. — Чтобы я поговорил с Дейлом?

— Черт бы побрал Дейла! — взорвалась девушка, не в состоянии больше сдерживаться. — И моего отца! И Джулиана тоже!

Эти трое мужчин походили друг на друга. Все они чего-то хотели от нее и не позволяли ей оставаться самой собой и быть счастливой. Келвин никогда так не поступал. Наоборот, он долго и безуспешно пытался возродить в ней Эльфи!

— Неужели ты не понимаешь, Келвин, что если бы я знала о твоих попытках найти меня и о лжи моего отца, то никогда не согласилась выйти замуж за Джулиана. И не стала бы встречаться с Дейлом… Я пошла бы на все, чтобы быть с тобой. — Теперь они стояли совсем близко друг к другу. — Келвин, я люблю тебя и всегда любила, но не верила, что ты можешь полюбить такую, как я! — в отчаянии закончила она.

— Эльфи! — тихо воскликнул Келвин с искренней радостью в голосе.