Каждое зло как–то компенсируется. Меньше денег – меньше забот. Меньше успехов – меньше завистников. Даже в тех случаях, когда нам не до шуток, нас угнетает не неприятность сама по себе, а то, как мы ее воспринимаем.

Маленький чистый источник нашелся почти сразу, ручеек звенел, стекая по камням в ложбинку, окруженную высоченными елями. Вода оказалась ледяной, но необычайно вкусной. Титания умылась, кое–как расчесала волосы пальцами, заплела тугую косу и отбросила за спину – все равно нет шпилек и булавок, чтобы хотя бы уложить ее вокруг головы. Нехитрое удовлетворение естественных утренних потребностей разогнало кровь в замерзших членах, так что жизнь определенно стала немного лучше.

Но стоило разобраться с насущным, в голову тут же полезли разные мысли – и ни одна из них не была приятной. Впервые в жизни дочь вождя сбежала от проблем, вместо того чтобы решить. И впервые в жизни она чувствовала себя беспомощной. Когда, в какой момент… Да и вообще, как она могла допустить, чтобы Клев заполучил столько влияния, что она оказалась вынуждена склониться перед ним? Титания скрипнула зубами. Она просто недооценила Клева. Смотрела – и не видела. Кажется, основной ошибкой было считать, что отец будет жить вечно – жить и прислушиваться к мнению дочери. Но все оказалось совсем не так. Во–первых, Тит Патулус погиб, а во–вторых, иметь дело с мужчинами, которые полагают, что они умнее лишь потому, что они мужчины, оказалось гораздо сложнее, чем мягко, но настойчиво управлять одним мужчиной, своим отцом.

И еще… Она поддалась чувствам, не обдумала то, что сделала, и в итоге оказалась в лесу, одна, без нужного снаряжения, без сменной одежды (а парадный комплект боевого облачения вряд ли сможет долго служить в качестве походного костюма), без лошади, без еды – и без планов на будущее.

Да и о каком будущем вообще можно говорить? Титания покачала головой, словно отрицая очевидное. Нет. Нет никакого будущего. Вся ее жизнь, все ее будущее – все это связано с ее племенем. А она сбежала. Сбежала, не выполнив свой главный и единственный долг, не назвав мужа, который станет вождем. С другой стороны, назвать вождем Клева – означает дать племени негодного предводителя, подлеца и двуличную тварь. Конечно, даже сейчас совет племени может назвать Клева вождем, но в таком случае положение его окажется весьма шатким. И останется таким, пока жива Титания, наследница Тита Патулуса. Ее муж будет иметь право бросить узурпатору вызов. И Клеву придется его принять. Так что… Побег вполне может оказаться разумным решением, только вот сбегать все же стоило, прихватив снаряжение и лошадь.

Хорошо, с этой моральной проблемой, кажется, разобрались. А если так, пора переходить к практическим вопросам.

Титания взглянула на небо, потом по сторонам, чтобы определить, где она находится. Вчера она ушла на юг от лагеря даков, так что если продолжить путь в этом же направлении, можно выйти к Красному озеру. Конечно, придется немного потрудиться, забираясь повыше в горы, но это того стоит. В тех краях самая хорошая охота, так что подстрелить что–нибудь на обед можно будет даже из наспех изготовленного лука. Кроме того, не мешало бы все же искупаться, смыть с себя пыль, грязь и пот. Естественно, довольно прохладное горное озеро не может сравниться с термами, но это все же лучше, чем ничего. К тому же чем дальше Титания уберется от лагеря даков, тем лучше. С Клева станется отправить людей на ее поиски, сочинить что–то вроде «она не в себе от горя, ушла в лес, заблудилась»… Бред, конечно, но, кажется, Клев умеет буквально завораживать людей.

Титания встала и зашагала в сторону гор на юге. Ковер из еловых игл мягко пружинил под ногами, в воздухе разливалось птичье пение, все усиливавшееся с каждым новым лучом солнца, и еще витали прекрасные запахи влажной земли, росистой травы и цветов. Лес успокаивал, лес подбадривал, и Титания шагала все легче. Она всегда любила природу, покой громадных гор, неторопливые тайны ущелий и шум деревьев. Лес поможет ей успокоиться, а вода в Красном озере смоет ненужные мысли, оставив только четкое, жесткое решение, ответ на вопрос – как жить дальше.

Как бы там ни было, бегство теперь не выглядело такой уж плохой идеей: во–первых, у нее есть время подумать, во–вторых, что бы Титания ни решила, Клев не сможет чувствовать себя в безопасности, даже заняв место вождя. И к тому же есть шанс, что совет и члены племени не станут беспрекословно подчиняться Клеву, если тот не получит это право через брак с Титанией. Может, у кого–нибудь проснется благоразумие, и даки вернутся в Патависсу, оставят в покое Лара Элия. А там… жизнь – штука непредсказуемая. Во всяком случае, теперь у Титании есть время и свобода. Теперь Клев не сможет вынудить ее принять его в качестве мужа.

___

– Луций! – Лар Элий вышел из палестры, надеясь догнать друга. Может быть, он не слишком далеко сбежал?

– Что? – Луций Веллий стоял в двух шагах от двери. Кажется, он и не думал никуда уходить.

– Э–э–э… – Лар Элий не ожидал такой скорой встречи, поэтому пришлось быстро перейти с мыслей о розысках друга к мыслям о том, что ему сказать. – Я отправляюсь в разведку. Лично. А ты остаешься за главного. Смотри, чтобы тут не разгорелась полномасштабная война, пока я… выясняю обстановку.

– Не слишком разумно командиру покидать крепость, когда враг у ворот, – заметил Луций.

– Надеюсь, что все же не враг, – вздохнул Лар Элий. – И, чтобы выяснить обстановку точно, я должен все увидеть сам.

– Понятно, – Луций нахмурился. – Надеюсь, ты вернешься. Я как–то уже привык, что ты всегда рядом и всегда раздаешь приказы. Я, видишь ли, простой сельский парень…

– Не начинай, – поднял руку Лар Элий. – Я вернусь. И надеюсь, с хорошими новостями.

– Куда конкретно ты отправишься?