Титания быстро разделась, разложив одежду на камне у костра: приятно будет выбраться из студеной воды горного озера и надеть согретые жаром огня вещи. Кажется, жизнь налаживается. А завтра можно хорошенько обдумать, что же делать дальше. Пока что мыслей по этому поводу не было, слишком уж она устала и проголодалась.

Вода оказалась не такой холодной, как думала Титания, так что купание доставило ей искреннее удовольствие. Она тщательно промыла волосы, чтобы избавиться от пыли и застрявших в густых прядях бесчисленных еловых иголок, а потом просто плавала, наслаждаясь той ни с чем не сравнимой приятной легкостью, что придает телу вода. Сумерки, как всегда в горах, быстро и незаметно превратились в ночь. Костер на берегу почти прогорел, лишь багрово–пепельные угли слегка светились, почти не раздвигая тьму. Пора приниматься за приготовление ужина. Титания подплыла к берегу, встала, нащупав дно, и побрела к своему лагерю, выжимая по пути волосы. И замерла, не дойдя несколько шагов. Что–то шевельнулось позади костра. Что–то или кто–то.

Оружие, как и вся одежда, лежало на камнях у костра – и до меча было слишком далеко. Прежде чем девушка успела даже испугаться, пять теней двинулись к ней, отрезая ее и от оружия, и от одежды.

Титания отступила на шаг, еще на шаг… Пятеро мужчин, пятеро готов – почти полная луна выбрала момент, чтобы выглянуть в просвет между тучами, так что девушке удалось рассмотреть угрозу во всех отвратительных подробностях – молча и решительно приближались, а Титании приходилось все дальше и дальше отступать от оружия и одежды. Страха не было, только злость на себя: полезла купаться, не прихватив даже кинжала – а ведь что проще: положить оружие прямо на берегу… или вообще не лезть в воду в темноте, когда любой может подкрасться незаметно. Может быть, нырнуть в озеро и попытаться спрятаться в лесу? А если враги плавают лучше нее?

Титания оступилась, наступив босой ногой на острый камень, и упала, подняв кучу брызг. Готы, как по команде, бросились к ней. И тут она сделала то, чего не делала никогда в жизни, даже в детстве: завизжала во весь голос, словно это могло помочь. Этот высокий, режущий уши визг прозвучал так громко и противно, что какие–то птицы сорвались с ветвей темных деревьев и взлетели, оглушительно хлопая крыльями. Готы на мгновение отвлеклись, чем и попыталась воспользоваться Титания: быстро, словно стрела, она вскочила, оттолкнула одного из варваров и бросилась к оружию. Готы явно не ожидали такой прыти от одинокой голой девушки, встреченной посреди темного леса, так что Титании удалось добраться до меча и кинжала.

– Ха! – рассмеялся один из готов, лохматый, низкорослый и кривоногий. – Думаешь, эти зубочистки тебе помогут?

Гот говорил на латинском, но с таким ужасающим акцентом, что Титания едва его понимала. В подтверждение своих слов противник вытянул из ножен меч раза в два длиннее гладиуса Титании.

– Если не боишься, подойди и проверь. – Титания слабо верила, что ей удастся убедить бандитов проявить минимальное благородство и не нападать всем скопом, но ведь можно же попробовать.

– О, подойду, не сомневайся, – снова рассмеялся гот, остальные его поддержали. – И покажу тебе кое–что такое же длинное, как мой меч.

– И столь же отвратительного качества, – парировала Титания.

Мужчины переглянулись. Они явно не ожидали такого смелого отпора. Кстати, а что вообще делают пятеро до зубов вооруженных готов в горах неподалеку от Патависсы? Разведчики? Передовой отряд? Тит Патулус передал с Аларихом послание Спанториху. Содержание этого послания было таким, чтобы выгадать время и захватить долину римлян, но ведь готы могли решить и не ждать неизвестно чего, а напасть, пока еще окончательно не похолодало, осень ведь уже близко. Неужели визит посла с предложениями был всего лишь прикрытием для уже готовящегося нападения? Прошло всего несколько дней… А готы уже здесь.

Удивительно, сколько всего можно обдумать за пару коротких мгновений. Титании даже пришлось моргнуть несколько раз, чтобы вернуться к неприятной реальности. Готы разошлись широким полукольцом и теперь приближались, обнажив мечи.

Возможно, бегство из лагеря являлось и не такой уж удачной идеей. Как бы там ни было, Титания приготовилась продать свою жизнь подороже. Если готам, конечно, нужна только ее жизнь. Вот об этом думать совершенно не хотелось.

___

Лар Элий шел по следам Титании – скорее всего, это была именно Титания – и вскоре понял, что движется прямиком к Красному озеру. Интересно, а зачем дочь вождя туда идет? Сумерки быстро сгущались, так что Лар Элий еще ускорил шаг, чтобы успеть пройти по следу как можно дальше, прежде чем придется или остановиться на ночь, или возвращаться к пещерам и в долину. Он почти бежал, так что упустил момент, когда параллельно следу Титании появились следы еще нескольких человек. Следы ног, обутых в грубые сапоги солидного размера. Лар не стал останавливаться, чтобы разобраться, сколько здесь прошло человек, это не имело никакого значения. Он просто должен догнать Титанию прежде, чем эти люди ее настигнут.

Вскоре Лар Элий понял, что не успеет добраться до Красного озера до темноты. Вершины елей еще были слегка подсвечены смутным светом солнца, садящегося в облаках, а внизу, у их подножия, уже сгущалась тьма. Идти по следам больше было невозможно, поэтому Лар Элий побежал к озеру, решив, что если Титания идет туда, то обнаружить ее легко по свету костра. Вряд ли она станет вторую ночь подряд спать без огня и на голой земле. Еще раньше Лар Элий обнаружил место ночевки девушки под поваленной елью и скрипнул зубами при мысли, что пришлось испытать Титании, раз она ушла из лагеря. Если Клев решился хотя бы тронуть ее пальцем… Умирать он будет долго и мучительно. Очень долго и очень мучительно.

Выйдя на берег, Лар осмотрелся, но костра не увидел. Озеро пропало в чернильной тьме. Лишь смутно виднелась его гладь, полная луна не могла пробить облака, хотя изредка мелькала в их разрывах. Показалось, что откуда–то долетел крик, – острый, пронзительный, он ввинтился в воздух и исчез. Лар принюхался: пахнет дымом. Откуда? Откуда–то справа. Стараясь не шуметь, римлянин начал обходить озеро справа. Выглянула наконец–то луна, залив водное пространство прозрачным нереальным светом, и Лар увидел небольшую полянку, в центре которой тлели угли, окруженные камнями.