Все знают, с улыбкой подумал Джон, что наилучшее место для покаяния — смертный одр. Однако для того, чтобы искренне покаяться, нужно успеть как следует нагрешить.

— Благослови вас Господь, милорд, — сказал епископ, обнимая Джона. Принц поблагодарил его и сказал, что хотел бы вместе с прелатом как можно скорее вернуться в Англию.

Поскорей бы уж совершилась коронация в Вестминстерском аббатстве. Джон почувствует себя совершенно счастливым, лишь когда на его голове окажется корона. До тех пор, пока не состоялась эта торжественная церемония, он не может считаться королем. А тут еще проклятый Артур покоя не дает. Нужно торопиться.

Однако епископ заявил, что не может сейчас ехать в Англию. Сначала он должен вместе с королем отправиться в Фонтевро, ибо принц обязан посетить могилу брата.

Ну вот, снова они за свое, подумал Джон. Церковь смеет диктовать Короне свою волю. Ну ладно, мой милый прелат. Потерпим — до поры до времени… Но когда я прочно усядусь в седле, тебе придется посторониться, иначе я растопчу тебя.

В скором времени Джон и его свита прибыли в Фонтевро, где были похоронены Генрих II и Ричард.

Джон преклонил колени перед гробницей отца и вспомнил последние дни жизни великого короля, когда пришлось бросить старика и перебежать на сторону Ричарда, бравшего верх в междуусобной борьбе. В этом мрачном месте на душе у Джона стало как-то скверно. Он вспомнил, какими глазами смотрел на него отец, как называл его самым любимым, самым верным своим сыном. В ту пору Джон внутренне потешался над стариковской доверчивостью и радовался тому, как ловко провел отца. Но сегодня в этой мрачной часовне принцу стало не по себе. Вряд ли это можно было назвать угрызениями совести, скорее — мистическим страхом перед карой, которую могли обрушить на его голову усопшие.

А вот и гробница Ричарда, совсем свеженькая. Сколько раз Джон молил Бога прибрать братца, и как можно скорее. Правду ли говорят люди, что мертвецы не всегда покидают землю, а иногда бродят в ночи и пугают живых людей? Бр-р-р, какие жуткие мысли! Во всем виноват старый болван епископ. Ишь, как косится из-под насупленных бровей. Дай церковникам волю, они бы у Короны всю власть отобрали.

Нечего терзаться пустыми страхами. Кто умер, тот умер. Земной путь для них окончен. Они ушли навсегда, а это означает, что Джон наконец своего добился.

Он поднялся с колен, приблизился к зарешеченной двери аббатства и постучал. В проеме показалась монахиня и сказала, что аббатиса в отъезде, а по правилам монастыря в ее отсутствие посторонних в обитель не пускают.

Вот и славно, обрадованно подумал Джон. Ему до смерти надоело это благочестивое место. Скорей бы уж покончить со всеми этими церемониями и отправиться в Англию. Когда же настанет славный день коронации?! Он вспомнил, как короновали Ричарда. Это было не так уж давно. Юный Джон терзался завистью к брату, которому в тот день достались корона и скипетр. Но сегодня моя очередь, возбужденно думал Джон. Старуха аббатиса уехала очень кстати, не придется тратить время попусту.

Обернувшись к епископу, Джон сказал:

— Передайте аббатисе, что я пожертвую обители щедрый вклад от имени короля. Пусть монахини за меня помолятся.

Хью бросил на Джона скептический взгляд. Неожиданная набожность закоренелого грешника не вызывала у епископа доверия.

— Я не стану ничего обещать от вашего имени, пока не уверюсь, что вы намерены сдержать слово. Вам известно, милорд, что я не выношу лжи. Если обещание дано, его придется исполнить.

— Я клянусь, что оно будет исполнено! — вскричал Джон.

— Хорошо. Я передам сестрам ваше обещание. Но если вы его нарушите, вы оскорбите Господа. Джон смиренно потупил взор.

На обратном пути епископ всю дорогу читал Джону проповеди о том, как следует управлять государством. Новый король должен отнестись к своей миссии с подобающей ответственностью, ведь Господь доверил ему великое дело. Джон должен постараться выполнять свои обязанности честно, не щадя сил.

— На моей голове корона засияет еще ярче, чем прежде, — хвастливо заявил принц.

Он достал из потайного кармана золотую цепь с медальоном и показал епископу:

— Видите этот амулет? Он передается в нашем роду от отца к сыну. Я получил амулет от короля Генриха. Ведь он хотел, чтобы престол унаследовал именно я. Легенда гласит, что, пока амулет принадлежит нашей семье, мы можем не опасаться за свою корону.

— Будет лучше, милорд, если вы будете верить в Краеугольный камень веры, а не в эту безделушку, — сурово заметил епископ.

Джон отвернулся и скорчил гримасу.