— Надо полагать, задание мы провалили? — поинтересовался он, когда люди мистера Лю убрались восвояси, а Хо включил универсальную глушилку. — Или вы все-таки засекли их нору?

Ирландец хмыкнул. Хо изобразил типично китайскую улыбочку.

— От имени руководства приношу свои извинения, майор Грива, за то, что в интересах дела вы не были поставлены в известность об истинной цели операции. Сожалею также, что я не уполномочен вас проинформировать. Думаю, это сделает специальный координатор Хокусай в положенное время. Но могу вас заверить, майор, что все это время ситуация находилась под контролем и вашей жизни ничто не угрожало. Хотите что-нибудь сказать, майор?

— Хочу, — сказал Грива. Нет, не зря ему с самого начала не нравился шустрый китаёза. — Очень хочу набить вам морду, капитан Хо Фэн.

— С вашего позволения, подполковник Хо Фэн. Не думаю, что подобные действия украсят ваш послужной список. Не говоря уже о том, что я выполняю приказ. Вы должны это понимать, майор.

— Я понимаю, — проворчал Грива. — Но мне это не нравится.

— Вы, русские, слишком эмоциональны.

— Юджин, убери его отсюда, — попросил Грива. — И налей мне водки. Там, в баре должна остаться…

— О водке забудь, — сказал Ирландец. — О водке, виски, вине, пиве, о любом алкоголе тебе лучше не вспоминать еще месяца три.

— Шестьдесят пять дней, — внес поправку Хо. — Я очень рекомендую вам, майор, ознакомиться с инструкцией, составленной для вас сотрудниками медцентра, и следовать ей. Это очень компетентные специалисты.

— Очень компетентные преступники, — уточнил Грива. — Когда это гнездо будет зачищаться, то хочу в этом поучаствовать.

— Это, как вы выразились, «гнездо» зачищаться не будет, — сказал Хо Фэн.

— Интересно, почему?

— Потому что это наше гнездо.

— В смысле, китайское? — ощетился Артём.

— В смысле — принадлежит нашему Комитету.

— Не надо мне врать! Этот Лю — натуральный ублюдок из триад.

— Согласен. Тем не менее, он работает на нас, и работает весьма эффективно. Правда, он не знает, на кого конкретно работает.

«Что он несет?» — подумал Грива.

— Из ваших слов следует, подполковник, что Комитет занимается научной работой, причем ведет исследования в одном из самых опасных направлений?

— Успокойтесь, майор. В Центре не занимаются исследовательской деятельностью. Там всего лишь применяют на практике результаты уже выполненных исследований. Что имело место и в вашем случае. Все объяснения вы получите от своего непосредственного руководителя. А сейчас прошу прощения. Меня ждет другое задание.

— Прощайте, подполковник. Надеюсь, больше мне с вами работать не придется.

— Зря ты так, — сказал О’Тулл, когда китаец вышел. — Я тоже не люблю парней из отдела внутренних операций, но он действительно может попортить твою карьеру.

— Ах он из этих… — протянул Грива.

— А откуда еще? — удивился Юджин. — Можно было и раньше догадаться. То-то я еще думал: очень уж он самостоятелен для капитана. Согласен, использовав тебя втемную, командование поступило не очень корректно. Но им же виднее…

Грива полез в бар, достал бутылку водки, налил грамм сто, подумав, разбавил томатным соком…

— Эй, что ты делаешь? — забеспокоился Ирландец.

— Угадай! — предложил Грива, осушая бокал.

— Тебе же нельзя!

— Я знаю, что мне можно, а что нельзя! — отрезал Грива. — И инструкции всяких там прирученных бандитов выполнять не намерен. И с каких это пор, полевик, ты стал исповедовать принцип «наверху виднее»?

— Я всегда его исповедовал, — буркнул О’Тулл, отбирая у Гривы бутылку. — Это ты у нас романтик, который сражается ради великой цели спасения человечества. А я — простой боевик, у которого нет ни богатых родственников, ни деда-министра. Я, старина, работаю не ради великой идеи, а потому что мне нравится эта работа. И то, как растет мой счет в банке, мне тоже нравится. И я буду делать то, что мне прикажут, потому что иначе те, кто наверху, не продлят мой контракт. Мы, Арти, не рыцари Круглого Стола, мы — офицеры спецподразделения «Алладин». Нам приказывают — мы исполняем. Есть такое слово — приказ, Арти.

— Есть, — согласился Грива.

Поистине сегодня день сюрпризов. До сих пор Артём был на сто процентов уверен, что Юджин так же, как и он сам, рискует жизнью именно ради той самой «великой цели». А почему, собственно, Грива был в этом уверен? Разве Ирландец учился в Высшей Императорской школе, где курсантов с первого дня учили правильным приоритетам: быть верным Родине и Государю, хранить честь офицера… А деньги и почести — это всё вторично. Если соблюдено главное, то всё остальное приложится. Но Юджин О’Тулл — не Иван Сучков. И «Алладин» — уж точно не содружество рыцарей Круглого Стола…