– Что?

Воин опешил.

Эрд демонстративно медленно вынул из ножен серебристый клинок Асенаров, положил его поперек на черную холку парда и, наклонясь, с напускной суровостью уставился на хольдца.

Тот свел было брови в сердитой гримасе, но тут рот его приоткрылся, а глаза расширились:

– Мать-богиня! – воскликнул десятник звонко ударяя себя кулаком в кольчужную грудь: – Властелин Судеб! Светлейший Эрд!

И губы хольдца растянулись в улыбке.

Эрд невольно улыбнулся в ответ. В отличие от Нила, он не помнил в лицо и по имени каждого, с кем делил палубу боевого корабля, и сейчас впервые пожалел об этом.

– Да, солдат! – кивнул он.– Это я! А теперь прикажи кому-нибудь из своих сесть в седло и проводить меня к вашему командиру! Кстати, как его имя?

– Светлейший Робур, светлейший Эрд!

– Робур? – светлорожденный не слишком хорошо знал своего брата, но Асенар есть Асенар!

– Только его здесь нет, светлейший! – поспешно добавил десятник.

– Это я заметил! – Эрд слегка улыбнулся.

– О! Его нет в Фаранге! Он с пятью тысячами уехал брать здешнюю столицу!

– Расторопный молодец! – заметил Биорк, подъезжая поближе.

Десятник даже в лице переменился: вспыльчивость Эрда была так же хорошо известна, как и его крайняя щепетильность в отношении чести Асенаров.

Но гневной вспышки не последовало. Эрд был уже далеко не тот, что год тому назад.

А потом десятник узнал вагара, и от сердца его отлегло.

– Пять тысяч, ты сказал? – Эрд и Биорк переглянулись.

– Сорок восемь сотен!

– Так сколько же наших кораблей нынче в фарангской гавани?

– Вся Южная Эскадра, светлейший!

– Южная Эскадра? – лицо Эрда мгновенно омрачилось.– Южной Эскадрой командует Робур? А адмирал Адальг?

– Нет, нет, светлейший! – десятник сделал пальцами отгоняющий беду жест.– Адмирал заболел в походе. Лихорадка. Уже поправляется, не тревожьтесь! Желаете, чтобы я сам проводил вас к нему?

– Ты радуешь меня, солдат! – с облегчением проговорил Эрд.– Нет! Оставайся на посту! И, вот возьми. От меня! – светлорожденный отстегнул от пояса кинжал из оружейной сирхара Урнгура и протянул воину.– Ты меня очень порадовал!

– Чем? Болезнью твоего дяди? – поинтересовался Биорк на языке вагаров.

– Теперь я знаю, мастер, от кого твой сын унаследовал свой острый язык! – парировал Эрд на том же наречии.

Воин между тем благоговейно разглядывал оружие. Кинжал был замечательный.

– Спасибо, светлейший,– пробормотал он.

Впрочем, о щедрости Наследника Асенаров в Южной Эскадре рассказывали еще и не такое.

– Эй! – напомнил Эрд.– Мы спешим, солдат!

Воин опомнился и махнул рукой одному из воинов:

– Сигур! Живо в седло! Проводи светлейшего Эрда и достославного (тут он отсалютовал вагару подаренным кинжалом) Биорка к адмиралу!

– Этот десятник очень скоро станет сотником! – произнес Эрд, когда они отъехали на порядочное расстояние от поста.

– Да,– согласился Биорк.– Если захочет.

– Дядя! – с почтительной нежностью произнес Эрд, беря двумя руками кисть лежащего адмирала и наклоняясь, чтобы коснуться губами его запавшей щеки.

– Счастлив видеть тебя, Эрд,– ласково отозвался Адальг. Рука старика легла на голову племянника.– Я рад, что ты жив! Хорошо ли удался тебе твой путь?

– Долгий разговор, дядя! Как ты себя чувствуешь!

– Неплохо, мальчик! Не смотри, что я лежу: ноги меня уже держат! И я ведь еще не стар, не так ли, достойный Биорк Эйриксон?

– Да уж помоложе меня, светлейший,– отозвался маленький воин, сжимая сухую теплую ладонь адмирала.

– Только не говори, что помнишь, как держал меня на коленях!

– Я помню все, светлейший,– усмехнулся вагар.– Но не обо всем говорю!

И они обменялись понимающими взглядами. С Адальгом маленького воина связывало не меньше воспоминаний, чем с его ушедшим в Нижний Мир старшим братом.

Адмирал поднялся и сел на своем ложе. Эрд услужливо подложил ему под спину подушку.

– Позволь спросить, светлейший,– произнес маленький воин.– В чьей просторной голове родилась идея захватить Конг? Клянусь мечом, у меня немалое желание взглянуть, есть ли в ней мозги!

– Когда одичавший пес,– не торопясь проговорил адмирал,– выходит из лесной тьмы и лижет твою руку, разве нельзя привести его домой, накормить и надеть ошейник?

– О да! – согласился вагар.– Я тоже люблю Баянлу! Но как быть, если у пса есть хозяин? А у хозяина, кстати, длинный меч и нетрусливое сердце!